Однако керамитовые латы, как бы искусно они ни были выполнены, всё же оказались глубоко смяты, местами впившись в плоть. Попытавшись вырваться из-под груды обломков, Кериллан ощутил внезапную вспышку боли и с ужасом осознал, что у него серьёзный перелом, с которым уже боролась система жизнеобеспечения брони. Руны перед левым глазом, ибо правая линза треснула, буквально кричали о множественных критических повреждениях. Приложив все свои силы, Вечный Страж все же раскидал достаточное количество придавших его бело-серых глыб. Ставшая непослушной рукой сама потянула за собой меч.
Он осторожно спустился, среди огня, дыма и обломков тут же с сожалением заметил, что Андроатос тоже жив. Предводитель похода с явным трудом поднялся на колен, используя в качестве опоры свой зазубренный меч. Левая сторона его шлема вмялась внутрь, зубья короны погнулись. Они вновь подумали об одном и том же почти одновременно, выбросили ставшие бесполезными, вернее, уже мешающие шлемы. Кериллан почти удивился тому, какие перемены наступили в Андроатосе с момента их последней встречи, когда тот ещё служил Ордену: кожа серьёзно побледнела, местами ввалившись внутрь, появилось что-то наподобие морщин. Темные глаза словно впитали в себя весь существующий мрак, поглощали любой свет, их касающийся. Имевший когда-то благородную внешность его павший брат теперь походил скорее на истощенную тень самого себя.
– Мы оба слишком живучи и слишком упрямы, чтобы умирать вот так, – ухмыльнулся Незамутнённый, с удовольствием заметив, что с виска его врага стекала кровь. Кериллан возмужал, и выглядел уже не как один из младших братьев Ордена, но как настоящий, достойный воин. – Однако же, долго я с тобой провозился… Империум не собирается сдаваться просто так, а?
Кериллан неровной походкой сделал ещё пару шагов, и только сейчас Андроатос заметил, что из правой руки его врага торчал обломок кости. Меч, свой знаменитый «Призывающий к ответу», Чемпион Императора держал в левой.
Ответа не последовало, так что Незамутнённый с громким, громогласным рычанием бросился на противника. Левая рука, левая…всё кончено!..
Кериллан берег оставшиеся силы, игнорировал боль, - и ждал именно этого момента. У него будет всего лишь один шанс.
Андроатос, предвкушая скорую победу, всё же открылся. «Призывающий к ответу» со свистом рассёк плоть ниже шеи, задел самую шею и пошёл дальше, к плечам. Обильно брызнула кровь. Отступник зашатался, отступил, схватился за горло, пусть и не глубоко, но всё же рассечённое. В душе Кериллана проснулся огонь надежды. Вот оно, его шанс!
Руку и плечо пронзила острая боль, движениям не хватило прежней отточенности и быстроты. Андроатос, согнувшись на одном колене, отбил леворукие атаки врага, продолжал захлёбываться кровью. Не будь он Астартес!..
Всё закончилось буквально тремя взмахами «Воспевающего Резню».
Теперь снаружи его ждали лишь осколки войны.
Выжившие космодесантники сплотились вокруг магистра Ордена Непреклонных, Раума Ярость Железа, вернувшегося в строй буквально этим утром. Раны, способные даже убить обычного человека, затянулись на этом неутомимом воине меньше чем за сутки. Была в том, вне всяких сомнений, и заслуга лучших апотекариев Ордена.
Теперь остатки Непреклонных бились бок о бок со своими боевыми братьями из Крыла Ворона и Вечных Стражей. Все капитаны из других Орденов как бы признали верховенство Раума, и теперь вместе со смертными защитниками Атоллы принимали её последний бой. Основные силы лояльных космодесантников собрались на площади Бессмертной Жертвы, одной из самых крупных в столице. Ровные ряды Ангелов Императора, имевших разные цвета, знаки отличия, боевые кличи и даже примархов бились словно единый организм, и ещё долгие века, если не тысячелетия, об этом грандиозном зрелище, волнующим дух, будут слагать легенды. Сквозь стену, выстроенную лучшими воинами Повелителя Человечества, не смог пробиться ни один враг, будь то другой Астартес, смертный их прихлебатель или же эфемерный покровитель. Казалось, даже твари Имматериума в какой-то момент дрогнули перед такой стойкостью, гневом и бесстрашием. Молоты, когти, клинки и благословенные болтеры разрывали плоть врагов в клочья, техника, включая самую редкую и сложную, втаптывала в грязь. Вдохновленные их примером простые солдаты, без того жаждущие мести, сражались с утроенным рвением.
Вскоре появились и воины с Титана.