Кериллан вновь отходил назад, отбивая одну атаку за другой. Деревяные скамьи крошились за его спиной, раздавленные массой космодесантника. Клинок Андроатоса прошёл близко к его груди, момент для контратаки. Страж поднял меч, но даже ему не хватало скорости против столь могучего противника. Незамутнённый ловким движением вернул оружие обратно, успел отразить ответный выпад. Последовала новая серия атак. Кериллан отступал, ничуть не теряя концентрации и веры в себя. Видимо, окончательно выйдя из себя, его противник внезапно прямо посередине цепочки взмахов и выпадов пошел на таран, боднул наплечником в грудь. Страж едва не упал, отпрыгнул назад, отбил два последующих удара, однако всё же потерял равновесие. Из положения полусидя ему удалось восстановить равновесие и встать, однако меч Андроатоса все же задел его наплечник. Броня выдержала удар, не подпустив к живой плоти.
Всё это Кериллана ничуть не смутило. Когда-то гордясь своим мастерством, он научился смирению, понимаю и хладнокровию в бою. Как бы ни был силён противник, он всё равно остаётся смертным…в большинстве случаев.
Четыре следующих удара Андроатос едва отразил, дважды меч проходил в опасной близости к доспехам. Только в этой серии атак Незамутнённый понял, что его противник едва уступает ему в скорости, а движения его даже более непредсказуемы, чем могло показаться.
– Ты неплохо дерешься, малыш. Лучше, чем я ожидал.
– Достойная похвала из уст достойного противника… такими темпами мне даже станет чуть-чуть жаль убивать тебя.
Приманка сработала. Все же Андроатос, несмотря на свои явные преимущества, проигрывал ему в таланте, и что не менее важно, поддавался эмоциям. Его стиль боя можно считать таким же напористым, как у Селтигара, только с упором на гораздо более серьёзное, отточенное мастерство. Незамутнённый сражался именно как воин, подпитываемый гневом, нежели как безмозглый берсерк. Тем не менее, воспользовавшись порывистостью противника, Кериллан смог провести атаку «мельницей» и пробиться сквозь его защиту. Призывающий к ответу прошёл в опасной близости к наколеннику Андроатоса.
В сущности, будучи оба космодесантниками, к тому же полными силами, они могли сражаться хоть несколько часов к ряду, пока кто-нибудь наконец неизбежно не взял верх. Их легендарные прародители, примархи, как говорят, могли биться ещё дольше – сутками напролёт.
Но у Кериллана и Андроатоса не было столько времени; особенно у последнего.
Вновь и вновь сходились их мечи. Дуэль наконец заимела свои результаты.
Молниеносным выпадом Кериллан выбил левое крепление плаща противника, так что отвратительный символ глухо упал на пол. Таким же ударом, только гораздо более быстрым и отточенным, Страж так же сбил один из зубцов, венчавших шлем Андроатоса и образовывающих как бы багровую корону Воителя.
Наконец нашла свой выход и кровь: на Кериллане было две абсолютно несерьёзные раны и три места, где доспех выдержал удар, но обнажил беззащитную плоть. Незамутнённый же лишился не только зубца и плаща, но получил три ранения разной степени тяжести. Самое серьёзное осталось на груди, рассекая всю левую её часть. Дважды клинок врага тоже пробил его броню, но не добрался до кожи.
Противники наконец отпрыгнули друг от друга, тяжело дыша, медленно истекая кровью. У них ещё оставались силы, а раны абсолютно несмертельны по меркам Астартес. Всё это время за стенами храма бушевал бой, и Андроатос знал, что складывается он отнюдь не в его сторону. Его стремительное, триумфальное наступление на сектор Фарида было остановлено на Сераписе, мире-крепости. И остановлено кем? Храбростью, стойкостью и самопожертвованием простых солдат! Сколько веков он бился о бок, видел подобное бесчисленное количество раз… Первый Черный Крестовый Поход Андроатоса Незамутнённого подошёл к концу, но прежде чем отступить, дабы вернутся вновь, следовало забрать у Империума ещё кое-что. Чемпион Кхорна не собирался уходить с пустыми руками.
Они сошлись вновь, меч Кериллана едва не рассек лицевой щиток, когда снаружи раздался какой-то протяжный, приближающийся гул. Разворот почти одновременный; осознание так же пришло почти в одну и ту же секунду. Противники бросились к выходу, держась друг от друга на почтительном расстоянии, но не успели. Прямо в залу с оглушительным рокотом врезался подбитый самолёт предателей.
Это первое, о чем подумал Кериллан, когда понял, что остался жив. Сама машина не нанесла ему никакого урона, но вот последовавший взрыв… обломки зацепили их обоих. Лишь скорость, живучесть Астартес, а также прочность их доспехов позволила спастись в этой ситуации, – там, где однозначно погиб бы любой простой смертный. Даже, вероятно, псайкер.