— Говорит капитан корабля, — включил я громкую связь, — приветствую вас на борту фрегата «Клык» Бешеных авиалиний, наш полёт будет проходить на высоте дохераллион километров, место назначения — Аргор, время в пути — хвост его знает. Во время полёта настоятельно попрошу вас не курить на борту, во избежание применения штрафных санкций, представленных выбрасыванием за борт и поджиганием хвоста, — на этих словах Синтия испуганно схватила кончик своего хвоста и прижала его к себе. — Аварийные выходы отсутствуют, при возникновении чрезвычайных ситуаций рекомендуется уничтожить источник этой самой ситуации, так как, скорее всего, это будут гроранцы. А сейчас попрошу пристегнуть ремни и не высовывать хвосты и лапы за пределы фюзеляжа, во избежание их сгорания от трения в плотных слоях атмосферы. Закройте глаза и прижмите уши — мы взлетаем!
К слову, последние инструкции исполнила только Синтия, видимо, Джулия её совсем запугала, надо будет провести с ней воспитательную беседу.
— А когда мы взлетим? — спросила барса, всё ещё держа глаза закрытыми.
— Мы уже, — ответил я, — а как ты, не знаю.
— А я ничего не почувствовала, — открыла она таки глаза и, тут же уставившись на происходящее за стеклом рубки, восхищённо прошептала: — Красиво…
Ещё бы она что-нибудь почувствовала… Гравикомпенсатор, он для того и установлен, чтобы не чувствовать перегрузок, ведь у этих двигателей они достигают смертельных для арги значений. Что уж тут говорить про довольно-таки хрупкую кошечку?
— Юля, а тебя не впечатлило? — спросил я у не выказывающих никаких эмоций Джулии. — Ты не в первый раз в космосе?
— Я во «Вселенной» полетала.
— Тьфу, виртуал, — презрительно произнёс я, — это же суррогат! Зачем ты туда вообще полезла? Я же предупреждал тебя!
— Интересно мне было — вот и полезла. Тебе то что?
— Да так, ничего. Как ощущения-то хоть?
— Нормально!
— И это нормально? — вскинулась вдруг её подруга. — Пять суток безвылазно в капсуле проторчала, что я до неё еле достучалась, а потом неделю в себя приходила: ходить не могла и под себя гадила! Это нормально?
Вот так последствия у игрушек, оказывается. М-да, пожалуй, теперь людям лучше и вовсе капсулы не покидать, а то перемрут на выходе. Или это только на арги такое воздействие?
— Последнее можно было и не упоминать! — вышла-таки Джулия из ступора, вызванного обнародованием подобных подробностей.
— Вот уж нетушки! Теперь-то ты не пойдёшь туда больше!
— Да я и так не собиралась!
Да у нас тут семейная ссора назревает, как я посмотрю. Ну, тогда я лучше оставлю их одних. Клык и на «автопилоте» прыгнет куда надо. А я… я пока ревизию в трюме проведу, а то у них уже до «клыкастого тирана» и «пушистой капризули» дошло.
Межзвёздные путешествия — дело долгое. И за неделю полёта наши пассажирки успели: очень шумно поругаться; не менее шумно помириться; помириться ещё раз, прихватив на этот раз Наура, который как-то не привык к тому, что самки могут развлекаться без него. И с Науром у них вышло ещё более шумно, и это из-за того, я уверен, что за все прожитые им года он многому научился. Правда, случались у них и перерывы, вот как сегодня, когда они вышли-таки к нам в кают-компанию, бывшую по совместительству столовой и гостиной, почесать языками.
— Нет, Юля, — сказал я, — я, конечно, понимаю, что ты сотворила чудо, найдя мне в такой короткий срок не просто двух хаски…
— Они — маламуты, — перебила она меня. — Ну да я видела в сети фотографии гроранцев, так Марта с Карлой довольно-таки похожи на них внешне. Хоть они и большие.
— Большие? — удивился я. — Они не столько большие, всё-таки гроранцы тоже высокие, сколько накачанные, — волчицы и то выглядят на их фоне «хрупкими девушками», несмотря на более широкие плечи и грудную клетку. — Ну, да они придумают, что сказать, всё-таки не кто-нибудь с улицы, а сотрудницы спецслужб. Пусть одна и бывшая, хотя, как говорят, такие бывшими не бывают. Вопрос в другом: ЦРУ и Штази, ты серьёзно?
— А что не так? — удивилась она. — Америка и Германия сотрудничают в разных сферах, в том числе и в вопросах разведки и всего такого…
— А то, что Германий было две, ты слышала?
— Да вроде бы на Discovery показывали, а что?
— А то, что Марта из коммунистической Германии!
— Вот дерьмо…
— Именно! — согласился я. — Так что, если они друг друга поубивают, то это твоя вина.
— А если у них всё получиться?
— Тогда это моя заслуга как руководителя и организатора. Кстати, чем ты их заинтересовала?
— Им просто скучно, особенно Марте. К тому же я сказала им, что ты их обиженными не оставишь.
— Чудно. Опять я крайний.
— А кто ещё? — вклинилась в разговор Кира и показала мне язык.
А вот это она зря! Я давно собирался отучить её от этой вредной привычки и разработал меры противодействие. Обычно она показывает язык с безопасного расстояния, но сейчас-то она сидит рядом со мной.
Вот я и приблизился к ней рывком и прикусил её язык. Аккуратно, одними лишь резцами, но вырваться она не могла.
— Атпути!
— Непутю!
— Я потом такое же проделаю кое с чем другим, — мысленно пообещала мне Кира, сопроводив это яркой картинкой.
