Уррг всё-таки проводил нас в стойбище, которое располагалось в огромной трещине во льдах, перекрытой сверху толстым настом утрамбованного снега. Все саблезубые, проживающие здесь, отличались большими размерами и белым цветом шерсти. Отличал я их только по запаху, который у каждого зверя свой. Весь оставшийся день ушел на то, чтобы пересказать все наши приключения на этой планете. Все племя, не избалованное зрелищами, приняло неказистый рассказик на «Ура». От старейшины этого племени я узнал о месте, где мог находиться объект Дохляков. А вот ночью, которую мы провели в ледяной пещере вместе с остальным племенем, мне всё-таки пришлось исполнить обещание. И никакого стеснения — нас-то никто не стеснялся. Похоже, за полярным кругом признают только один способ согрева.
По «саблезубым картам» ориентироваться у меня получало куда лучше. Словно встроенный GPS, только на море почему-то не работает. Но на суше — выше всякий похвал, к объекту мы вышли сразу же, хоть он и находился на приличном расстоянии. Два дня ехали, хотя если бы не перерывы на «обогрев», то могли быть на месте еще вчера вечером.
Как бы то ни было, но мы всё-таки добрались. И тут нас ждал жесткий облом. Нет, не облом, а Облом всех обломов. Объект находился под водой. Оказывается, мы уже довольно долго ехали по льду, покрывавшему океан. Вот откуда здесь белые медведи — они живут на поверхности льда, а охотятся на подледных обитателей, попадая в воду через пещеры. А белыми медведями лакомятся саблезубые. Но черт с ними с медведями! Как нам на объект-то попасть?
В ледяной пещере был только небольшая будочка, в которой находился лифт и лестница, ведущие вниз, непосредственно на сам объект. Который был затоплен. Вода поднималась почти к самому входу. Никогда не нырял в прорубь, а тут-то еще холоднее будет. И шерсть не поможет, только ко дну меня потянет, когда намокнет.
— Думай, башка, картуз куплю! — Я постучал себя по лбу. — Не хочу я в ледяную воду лезть!
— Прекрати, последние мозги выбьешь. — Кира перехватила мою руку. — Успокойся, думай о хорошем.
— Мне подобные внушения не помогают. — Сказал я, но бить себя перестал. — Что мы можем сделать? Всего два выхода: лезть или не лезть и вернуться ни с чем. Ни аквалангов, ни гидрокостюмов у нас нет. Я рискну.
Я пошел к машине и вытащил оттуда шубы и одну топливную пластину, потом поставил чайник и подготовил термос. Как вылезу, надо будет быстро согреться. Как только чайник вскипел, я залил термос и начал снимать с себя вся экипировку и одежду, оставил только ножны с ножом и кобуру с револьвером, прямо поверх шерсти.
— М, стриптиз. — Кира облизнулась. — А продолжение будет?
— Будет, когда вернусь. Ты только учти — вода-то очень холодная, не жди многого. — Я нервно улыбнулся.
— Может лучше я? — Спросила Кира. — Сам же говорил, что из нас двоих маг огня это я.
— Вот именно. Если я буду без сознания, ты меня вытащишь и отогреешь. Главное помни — шерсть, если что, отрастет. — Я вернулся к машине, взял веревку и обвязал себя вокруг пояса. — Там могут быть воздушные мешки, в которых можно будет вздохнуть. Если не будет, то я три раза дерну, и ты меня вытащишь. Если будет, то буду дергать по одному разу каждые десять-пятнадцать секунд. Если дергать не буду — вытаскивай сразу. Поняла?
— Ты лучше передавай мне всё, что видишь.
— Буду, но и по веревку помни. — Я лизнул её в нос напоследок, взял в руку пластину, которая послужит мне утяжелителем, и прыгнул в шахту лифта.
Бр-р. Ледяная вода мигом пропитала шерсть и обожгла кожу, особенно досталось чувствительному носу. Я чуть не вскрикнул от боли, но пластину уже тянула меня на дно. Дернул за веревку и пошел по коридору, который предстал передо мной. Под сводчатым потолком оказалось немного воздуха, и я всплыл, оттолкнувшись от пола, делая судорожный глоток затхлого воздуха, после чего пошел дальше не забывая дергать за веревку.
Всё-таки я себя переоценил. Воздух попадался под каждым сегментом коридора, но все двери были заперты, а их конструкция подсказывала, что открываются они вверх. Я попробовал одну приподнять, но дверь не сдвинулась ни на миллиметр, а из-за напряжения стало сводить переохлажденные мышцы. В конце коридора, всё же оказалась дверь, но веревка толи кончилась, толи где-то зацепилась. Очень не хотелось бросать дело, когда награда может быть так близка, поэтому я отвязался и вошел в комнату.
— Немедленно вернись! — Раздалось у меня в голове.
Только я не хотел оставлять трофей, который уже был перед моими глазами — маленький пластиковый ящичек на полке открытого сейфа. Я рванул к нему, схватил и поплыл обратно. Только я схватился за веревку, как судорога пронеслась по всему телу, парализуя мышцы, и от болевого шока я потерял сознание.
