Доверие возникает и формируется на основе жизненного опыта личности. Различие состоит в том, что культурологические теории указывают на решающую роль раннего жизненного опыта социализации, а институциональные – более поздней социальной адаптации и опыта осознания результатов функционирования политических институтов.
Модель Мишлера—Роуза соединяет указанные положения и предстает как модель жизненного цикла познания (Lifetime Learning Model: LTL—M). Одно из теоретических допущений модели сформулировано сообразно положениям культурологических теорий доверия и означает, что изначально межличностное доверие формируется как результат раннего, дополитического опыта и соответственно может проектироваться на политические институты. Второй тезис основан на идеях институциональных теорий доверия и устанавливает соответствующее институционализму допущение о возможности усиления или ревизии, пересмотра изначальных преддиспозиций доверия (или недоверия) к политическим институтам в зависимости от того, насколько первичные установки подтверждаются или опровергаются последующим жизненным опытом личности, формируя способность к политически зрелым оценкам проводимой в стране политики. <…>
Одна из особенностей гражданского общества переходного типа связана со спецификой соотношений Interpersonal Trust и Political Trust доверия. В интегрированном концептуальном индексе доверия Мишлера—Роуза они включены в единый трехзвенный блок институционального доверия, предусматривающий измерение следующих параметров: 1) доверие к политическим институтам и силовым структурам (партии, парламент, профсоюзы, полиция, суды, премьер-министр и (или) президент, армия); 2) к институтам гражданского общества (частное владение, церковь, пресса, телевидение и радио), а также 3) к другим людям. Подход, примененный Мишлером—Роузом, выявил институциональный скептицизм и открытое недоверие к основным элементам институциональной структуры, с одной стороны, и сравнительно более высокий (чем уровень политического доверия) уровень межличностного доверия в транзитных демократиях – с другой. Открытое недоверие достаточно выражено в отношении к пяти элементам институциональной структуры, а именно к партиям, парламентам, профсоюзам, частным предприятиям, полиции (от 69 до 50 % граждан). К остальным шести институтам гражданское общество транзитных демократий относится с той или иной долей скептицизма.
Наиболее высокие показатели позитивного доверия относятся к наименее демократического институту – армии (46 %). Телевидению и радио доверяют 39 %, церкви – 43, президенту (премьер-министру) – 35 % опрошенных. Наименьший уровень доверия – к партиям (12 % опрошенных). Низкий уровень доверия к новым политическим институтам подтверждает соответствующую культурологическую гипотезу о невысоком изначальном доверии (Initial Trust) к демократическим институтам, обусловленном характерным для постсоциалистических обществ недоверием к прошлому политическому режиму, а также особенностями авторитарных культур стран данного региона.
Данные показатели подтверждают и институциональные допущения о низком уровне изначального доверия ввиду неизбежного в обществе недовольства политикой правительства, предпринимающего попытки реформирования и решения сложных проблем демократического транзита.
Показатели межличностного доверия в постсоциалистическом обществе несколько выше по сравнению с минимальными параметрами институционального доверия (к политическим партиям), разница составляет 37 пунктов: позиция доверия к людям характерна для 49 % опрошенных. Тем не менее одна треть (26 %) склонна не доверять другим людям, а другая треть (25 %) в этом отношении выражает скептицизм. Это означает, что более половины опрошенных входят в вектор негативного доверия и лишь чуть меньше половины в этом смысле ориентировано позитивно.
