Конечно, это не упрощенный метемпсихоз (переселение душ), являющийся элементом многих религий, в частности индуизма, считавшего, что душа умершего переходит в другое существо. В любой религии метемпсихоз всегда опирается на веру — потому это явление религиозной психологии. И именно как религиозное суеверие вера в «переселение душ» еще нередко встречается. Потому о ней и говорится в этой главе. Но у К.Э. Циолковского его идея о непрерывности жизни, возможности повторного рождения как сходной комбинации атомов, которое может возникнуть «с интервалом в биллионы лет», это не религиозная идея, а чисто научное заблуждение. Он не знал теории отражения диалектического материализма и психику рассматривал с позиций рефлексологии В.М. Бехтерева. Кроме того, Циолковский не учел, что и сходная комбинация атомов не может дать преемственности сознания. А об этом очень хорошо и с немалой иронией сказал еще Лейбниц:
— Что хорошего, сударь, было бы, если бы вы стали китайским императором, при условии, что вы забудете, кем вы были? Разве это было бы не то же самое, как если бы бог в момент, когда он уничтожил вас, создал в Китае императора? — спрашивал он.
Но для психологии религии важно то, что метемпсихоз в любых его вариантах, кроме варианта К.Э. Циолковского, — это мечта о бессмертии.
Здоровому, полному сил человеку трудно примириться с мыслью о том, что весь мир и его внуки будут существовать, а его уже не будет. Чувство протеста против смерти было свойственно всем народам, во все времена. Вот почему так быстро облетели мир детские слова песни:
Это чувство очень глубоко описал Л.Н. Толстой в статье «Страх смерти».
Миф о бессмертной душе — один из вариантов иллюзии бессмертия. Другим ее вариантом является метемпсихоз. Но иллюзия бессмертия не такая уж безобидная для человечества идея, как может показаться на первый взгляд.
«Если верить в царство бессмертия для всех людей, то война, по-видимому, не будет казаться столь ужасной», — писал прогрессивный американский философ К. Ламонт в предисловии к русскому изданию своей книги, — название ее я поставил в заголовок этого рассказа.
В разгар корейской войны 11 сентября 1950 года в «Нью-Йорк таймс» можно было прочесть следующее:
«Скорбящие родители, чьи сыны были мобилизованы для службы в боевых частях, услышали вчера в соборе святого Патрика, что смерть в бою является частью божьего плана, имеющего целью населить царство небесное».
Еще откровеннее слова одного из английских священнослужителей, сказанные им в проповеди в 1954 году.
— Водородная бомба не является самой большой опасностью нашего времени, — сказал он. — В конечном счете самое большее, что она может сделать, — это перенести значительное число человеческих существ из этого мира в другой, в более жизненный, мир, в который они однажды так или иначе попадут.
Вот куда может привести психология веры в бессмертие!
И все же бессмертие человека есть. Оно — в делах его, оставленных грядущим поколениям. Бессмертие человека не только в произведениях искусства, науки или техники. Человек, выстроивший дом, в котором будут жить люди, или посадивший дерево, под которым будут играть дети, тем обеспечил себе бессмертие на срок жизни дома или дерева. Учитель обретает бессмертие в делах своих учеников. И это уже не иллюзия бессмертия.
Все остается людям!
В Москве, в одном из залов Музея изобразительных искусств имени А.С. Пушкина, находится стела XVIII века до н. э. Стела — это вертикальная плита или колонна с изображениями и текстом, поставленная для увековечивания какого-либо важного события. На этой стеле изображен вавилонский царь Хаммурапи (1792–1750 гг. до н. э.), получающий от верховного бога солнца и правосудия Шамаша свод законов, а ниже высечены клинописью 282 статьи этого закона.
Закон царя Хаммурапи — один из первых юридических кодексов по гражданскому, семейному и уголовному праву. Но чтобы укрепить его значение, государственная власть использовала авторитет и силу религии.
Библия полна указаний не только юридического и морального, но и санитарно-гигиенического характера. И перед каждым из них стоят слова:
— И сказал бог Моисею (или кому-либо другому)…
Так делали не только Хаммурапи и авторы Библии. Очень многие законодатели пытались укрепить законы государственного права силой религиозного чувства. А моральные нормы в большинстве своем опирались на религиозные каноны.
Но ни одна религия в мире не могла создать общества, в котором бы выполнялись моральные нормы, предписываемые ее канонами. В этом убийственная слабость религии.
