Среди лиц, наблюдавшихся нами в условиях невесомости, было 14 женщин, из них 10 – с большим летным опытом (авиационные инженеры, спортсменки, парашютистки, планеристки), 4 – без него (медицинские сестры). Поведенческие реакции у женщин в этих условиях были такими же, как у мужчин. Одна из обследованных была отнесена к третьей группе и отличалась хорошей переносимостью невесомости; две – к первой группе (с признаками АР) с удовлетворительной переносимостью этого состояния; у них возникало чувство падения, сильного страха, сменявшиеся эйфорией; 10 женщин – ко второй группе (с признаками ПР), из них 7 с удовлетворительной переносимостью невесомости, три – с плохой переносимостью (рвота, общая слабость, дисгидроз и т. п.). Еще одна – к четвертой группе со смешанными признаками эмоционально-двигательной активности в невесомости при плохой ее переносимости.
Четыре женщины участвовали в экспериментах в невесомости под нашим наблюдением на протяжении двух-четырех лет, в десятках-сотнях режимов невесомости. Психологические и психофизиологические реакции в ходе адаптации к повторяющемуся ее действию были у них в целом такими же, как у мужчин.
При кратковременном гравитационном стрессе нами был отмечен феномен "расцепления эмоций" [126, 127]. Он встречается редко и проявляется, например, в том, что одни двигательные реакции человека, казалось бы, свидетельствуют об актуализации у него представления об опасности и чувства страха (хватательные реакции в невесомости), одновременно другие его движения демонстрируют переживание веселья (смех). Иными словами, в таких случаях имеет место одновременное "прохождение" одного типа "информации" к мышцам рук для реализации собственной защиты. При этом другой тип информации проходит к мимическим мышцам для передачи информации "к окружающим людям". Информация к собственному сознанию, "к себе" может соответствовать либо первому, либо второму типам информации. Ниже в описании стресса при вторжении в личное пространство, мы рассмотрим примеры одновременного возникновения нескольких разных по характеру "потоков информации" "к себе", когда человек, например, переживает сразу и сильный страх, и ему очень смешно, и радостно.
Приведем примеры. Из отчета летчика-испытателя Г.Н. Захарова: "После того как я несколько сот раз находился в невесомости, сидя за штурвалом самолета, и не испытывал при этом никаких особых ощущений вроде тех о которых мне рассказывали ребята, кувыркавшиеся в салоне самолета, я тоже решил свободно полетать в невесомости. Передал управление самолетом второму пилоту. Перед режимом невесомости я стоял, держась за проем двери, ведущей в салон. После наступления невесомости ничего особого не почувствовал и без раздумий шагнул в салон. И тут началось что-то невообразимое. На меня поплыл потолок. Я попытался удержаться за него, но вместо этого мои руки стали сами собой размахивать в воздухе. Мне стало смешно. Так продолжалось секунд 15. Потом я увидел перед собой поручень и ухватился за него. Стало спокойно". Из протокола наблюдения за Г.Н. Захаровым: "С момента начала свободного парения возникли частые хватательные движения полусогнутыми руками перед лицом. Они продолжались около пяти секунд, после чего Г.Н. Захаров схватился одной рукой за поручень. Далее до конца режима висел, держась за поручень, и смотрел на других испытуемых. На протяжении всего режима невесомости улыбался. Проявлений испуга, страха не отмечено".
Из отчета космонавта Ю.А. Гагарина, который в условиях свободного парения находился впервые (до этого эксперимента в самолете он во время космического полета был в скафандре, фиксированным в кресле): "Перед началом невесомости стоял в салоне самолета, держась за поручень на потолке. Началась невесомость, и я чувствую, что поплыл куда-то, хотя продолжаю держаться. Здорово, замечательное чувство радости". Из протокола наблюдения за Ю.А. Гагариным (с учетом данных киносъемки): "С начала невесомости подтянулся правой рукой к потолку за поручень, левая рука выпрямилась вперед. Улыбался и разговаривал с соседом. После окончания режима – возбужден и весел, на вопрос о впечатлениях сказал: "Вот это – невесомость!"". Причиной возникновения указанного феномена могло быть то, что Г.Н. Захаров до своего парения в невесомости находился в этих условиях несколько сот раз, управляя самолетом и будучи плотно фиксирован к креслу пилота привязными ремнями. Возможно, при этом происходила адаптация к той части сенсорных сигналов, которая формирует осознание пространственных образов во время невесомости; причем эти образы не осознавались. Адаптация к сенсорным сигналам, которые в невесомости связаны с соматическими мышцами, возможно, была задержана за счет плотной фиксации к креслу и за счет включенности конечностей в движения во время управления самолетом. Ю.А. Гагарин также до парения находился в невесомости во время орбитального полета и был плотно фиксирован привязной системой к креслу космонавта.