Председатель ФСБ не обиделся.
— Если уж цвет науки толком ничего не может поведать, то нам что? — примирительно сказал он. — Покойный Джеферсон и Коваленко, возможно, ближе всего к истине.
— У Церкви объяснение куда логичнее. Пришёл Сатана и теперь нам всем всем пи…дец, — проворчал президент и оглядел собравшихся. — Между прочим, сюда укладываются все факты. Ну, давайте вслух думать. Это всегда полезно.
За окном куранты начали отбивать десять томительно долгих ударов.
«Вот так отзвучит последний удар, затихнет в воздухе… и появится сам Дьявол с рогами. Глянет на всех нас, крутанёт вилами и… вот тебе и бабушкины сказки и церковные суеверия!» — думал президент, мрачно крутя в руках нож для разрезания бумаг. Академик говорил складно и обтекаемо… но на удивление сухо, как будто обсуждались проблемы, не имеющие к стране никакого отношения.
«А хорошо бы сейчас ахнуть кулаком по столу, выматерить всех к чёртовой бабушке и услать на Урал, к проклятому кокону. Коваленко жалуется, что людей не хватает… квалифицированных. Мол, всего навалом, деньги платятся такие, какие чернобыльским ликвидаторам отродясь не платили, а народу — нет. Средний возраст тех, кто от российского МЕНАКОМа у самого кокона жизнью рискует, сорок шесть лет. А и то сказать — откуда в российской науке молодёжи взяться?
— Олигархов пока плодили, от науки голый член остался, — сказал ему сегодня по телефону злой, как собака, Коваленко. — У меня доктора наук сами пробирки моют, фигурально выражаясь. Нет среднего научного состава. Ни лаборантов, ни техников грамотных, ни даже нормальных геологов! Мне же от них не разрешение на фундамент торгового центра нужно, а нормальные изыскания! У покойного Джефферсона три десятка молодых, спортивных, жопу рвут, в самое пекло лезут, а у меня военные врачи и полтора физика. Шиловскую, вон, взял. Всё-таки МФТИ заканчивала вместе с Романом Ковровым! Так мне её ещё натаскивать и натаскивать!..
Президент хотел, было, сказать, мол, знаем мы, в чём ты Шиловскую натаскиваешь, но промолчал. Говорят, они там чуть ли не у самого кокона целуются…
Впрочем, это хрен с ними, пусть они хоть на «чёрном саксауле» трахаются, но обидно… обидно, что этот удивительно въедливый и разбитной доктор физмат наук оказывается кругом прав. От китайской Академии наук чуть ли не целый железнодорожный суперсостав прибыл — тьма народу и все при деле… вплоть до дезактивационной и прачечной — всё работает. А у нас, как всегда, всё расползается и сыплется… и концов не найти, кому по голове лупить — друг на друга кивают.
Тот же Коваленко — титан! Сам Хокинс с ним теперь переписывается, математическую базу подводит под «теорию квантового сдвига». А вокруг кокона Игорь наш Антонович носится, как последний рядовой. А между прочим — заместитель председателя МЕНАКОМа! Потеряем такую голову — вторую не найдём.
— …как если бы современные учёные обнаружили в лесу святого отшельника, не желающего контакта, — сказал академик.
«Ну… вот я и нить потерял… в размышлениях своих горестных. Надо бы «Пикник на обочине» перечитать. Всё там рассказано, — все эти версии и домыслы. Нет, вот, точно ничего нового под луной не родится! И совершенно незачем было секретариату Академии сегодня доклад этот на цветном принтере печатать, да в красивую папочку «для президента!» любовно вкладывать. Открыл потрёпанную ещё в студенчестве книжку — вот они, версии. Все по полочкам разложены!».
Внезапно он ощутил острое раздражение. Чёрт бы побрал все эти предшествующие его правлению годы! Надо было того же Хокинса из той же Америки в ту же Дубну заманивать, золотое кресло с бриллиантовыми заклёпками дарить, в темечко целовать и мешками денег осыпать! Пусть бы читал свои физико-математические штучки
— Учёный не гриб. Сам собой от сырости не заведётся, — сказал сегодня напоследок Коваленко. — Также, как и квалифицированные техники и средний научный состав. У меня добровольцев — хоть отбавляй. Но кроме, как таскать и перетаскивать я их приспособить ни к чему не могу. Точка.
Вот так-то, дорогой товарищ президент. Мол, утрись. И крыть-то в ответ нечем. Кругом обгадили и платочка не дали. Хоть начинай оправдываться, мол,
«А он ведь спрашивал когда-то! — с тоскою подумал президент, вспоминая личное дело Коваленко И.А. — Криком орал… ссорился со всеми…»
— …наиболее приоритетное направление, — с видимым облегчением сказал академик, закончив речь, и аккуратно передал президенту ярко-алую папку с прекрасно оформленным докладом.
— Спасибо, — сказал президент и повернул тяжёлую голову к сидящему справа. — Запишите: всё финансовое и материальное обеспечение президент держит под своим личным контролем.
