Ассиметричный глубокий вырез на майке сзади обнажал загорелую спину и резко очерченные, чуть костлявые девичьи плечи, и от этого вида Аист тотчас передумал идти на ужин и глазами уже раздевал Анну, позабыв обиды. Прочитав эту мысль по его лицу, Анна решительно взяла Аиста за руку и повела к двери, а затем и на улицу:
– Пойдем скорее. А то так и просидим все каникулы в номере.
– С тобой я готов хоть двадцать каникул подряд провести в номере… – Томным голосом произнес Аист, пристально глядя Анне в глаза, пока они спускались в лифте.
Ужинать пошли в небольшой ресторанчик на задворках отеля, который им посоветовали в магазинчике на пляже в ответ на вопрос, куда бы пойти, где поменьше туристов. Заведение называлось «Массимо» по имени его владельца, коренного виареджийца, который жил здесь же, в небольшой мансардной пристройке, впрочем, оборудованной по последнему слову техники, судя по торчащим из крыши антеннам и нескольким спутниковым тарелкам.
Массимо сам встречал и приветствовал гостей, а затем провожал их к столам, по дороге расспрашивая, как у них дела, да какие новости. Это был домашний ресторанчик, где все друг друга знали и общались, как соседи. Нужно было пройти три улицы вглубь материка и там еще плутать в темноте и спрашивать местных жителей, которые, к слову сказать, далеко не все знали, как найти «Массимо» – только четвертый из встреченных итальянцев показал им дорогу. Так что хозяин сам спрятал свое заведение от лишних глаз и обеспечил ему статус «закрытого», «для своих».
Увидев на пороге русских, Массимо по-доброму удивился и особенно долго расспрашивал их, как они о нем узнали, быстро ли нашли, где остановились и надолго ли приехали в Виареджио. К середине вечера он уже сам подсел за стол к русским гостям и велел официанту принести «магнум» местного вина, которое оказалось особенно вкусным и свежим.
Вечер удался, вот только Аист, преднамеренно мешая вино с «лимончелло» и другими ягодными ликерами, которыми щедро угощал Массимо, снова пришел «в кондицию». Только на этот раз, осмелев, он решил выспросить у Анны про ее «бывшего» и про ее странное поведение.
– Мне не нравится, что ты постоянно в телефоне. Я же вижу, что ты переписываешься с бывшим, с этим своим Дьяволом, черт его дери, кто он такой вообще?
– Он аудитор из «Нефтегаза». И его зовут Деймон, он грек.
– У тебя с ним роман?
– Нет.
– Не лги мне. Я прочитал сообщения, которые он прислал тебе, пока ты купалась в море. Он ведет себя, как будто ты его собственность!
– Да нет же, тебе показалось. Просто он грек. И этим все сказано. Считает, что все девушки в компании его собственность. – Анна изо всех сил старалась говорить спокойным тоном, одновременно удаляя всю переписку с Деймоном, держа телефон под столом. Ах, как ей было жалко это делать! Как она любила иногда перечитывать перед сном все эти невинные пошлости и признания во взаимном желании.
– Это к нему ты сорвалась тогда, с Мишкиной свадьбы?
Анна молчала. Она не хотела ни в коем случае признаваться Аисту в том, что обманывала его. Тогда все будет кончено, а пока она все еще может выбирать между ним и Деймоном. Хотя что тут выбирать. Деймону она не нужна. Только ее тело и ее возможности для Жатвы, или иными словами для наживы и собственного блага.
Другое дело Аист! Любит ее, что аж сохнет, страдает. Принимает ее со всеми «тараканами». И вот уж кто точно не хочет отпускать ее, так это Аист! Одно только кольцо на безымянном пальце ее руки чего стоит! Так быстро решиться на такой шаг! Ах, если бы она только могла полюбить его хотя бы вполовину того, как она любит Деймона! Уж тогда-то она была бы счастлива, смогла бы сделать над собой усилие и вытеснить из памяти навязчивый образ грека… Ах если бы…
Аист, не дождавшись ответа на свой вопрос, обессиленно уронил голову на плечи. Анна на безупречном английском объяснила Массимо, что ее спутник слишком много выпил, и им лучше уйти сейчас, пока еще есть шансы, что он сможет самостоятельно переставлять ноги.
Расплатившись картой Аиста, Анна встала и подала руку своему горе-спутнику, который еле держался на ногах. Они кое-как дошли до гостиницы, когда Аист стал требовать еще вина, видимо, боясь, что действие дурманящего зелья закончится и в голову снова полезут мысли об их с Анной неясном будущем.
«Ну что за мужик такой, заливает проблемы алкоголем!» – Анна поставила Аисту твердый минус и брезгливо передернулась от его просьбы о «продолжении банкета».
– Если хочешь, иди и пей дальше один. Я пойду в номер и лягу спать.
– Ладно, ладно, моя дорогая, я пойду с тобой…
Испугавшись, что Анна разочаруется в нем, Аист немедленно взял себя в руки и послушно поплелся за невестой к лифту. Дойдя до постели, он даже сумел самостоятельно раздеться. Анна запрыгнула на свою половину и брезгливо отгородилась от уже задремавшего Аиста свернутым в трубочку покрывалом.
