— Знающие? Их уже нет, Верховный Маг, об этом я позаботился, как только пропал тот, кто кого ошибочно называли Моуг-Дганом. На самом деле это и был последний Знающий. И я позаботился о том, чтобы в Нижнем королевстве не рождалось больше ни одного Знающего. Я дал людям правила и отвратил их от Создателя. Ты же знаешь лучше меня, Нас, как правила могут владеть людьми. Дай им традиции, и они не захотят ничего слышать о Создателе. Создатель слишком далек и непонятен для простых людей. Крестьянам надо что-то, что они могут потрогать, пощупать. Что-то, что сдерживало бы их низкие порывы и держало бы в узде. Людям нужен тиран, нужна сила, только тогда они будут делать то, что должны делать. И я дал им все это. Как видишь, Нас. Я дал им правила, и они забыли о Создателе, потому что правила понятны, и их можно выполнять. А Создатель непонятен, и Его требования непонятны. Потому, Верховный Маг, Знающим поклоняются в Нижнем королевстве, но Знающих у нас нет.
— Значит, есть ребенок, из которого вы хотите сделать нового Моуг-Дгана? И сколько лет придется ждать, пока подрастет этот ребенок?
— Нисколько. Ребенка родили в Свободных Побережьях, подальше от Суэмы, в храме духов Днагао. Ждать действительно пришлось бы долго, если бы не вспомнился древний обычай, по которому связывают жизни двух людей, и сила одного переходит к другому. Был совершен старинный обряд, и сила Моуг-Дгана перешла к девушке, которой сейчас исполнилось шестнадцать лет.
— Она здесь, эта девушка? — Нас удалось скрыть удивление, и голос его по-прежнему оставался ровным и спокойным.
— Вот поэтому я обращаюсь к тебе за помощью, Верховный Маг. И я щедро заплачу, более того, если у нас все получиться — а у нас должно получиться — и Суэма падет, я выделю для твоего клана земли, которые сами рождают зерно, и на которых не бывает голода. Ты согласен? Мне нужна твоя помощь…
Игмаген вдруг стал серьезным, зашагал по комнате, скрестив руки на груди. После снова заговорил:
— Хотел я все это совершить своими силами, я ведь был магом и остался им, несмотря на орден. Маг всегда остается магом, на всю жизнь, это как дырка раба в ноздре. Не верь никогда магам, которые утверждают, что оставили магию. Чтобы не говорил тот, кто был когда-то Моуг-Дганом. Магия у нас в крови, она владеет нами…да… что я хотел тебе сказать? А, вот что. Хотел я все сделать сам, но это слишком сложная задача. Были у меня преданные жрецы храма Днагао, что стоял раньше в Тхануре. Вот они и помогали мне. Одного из них звали Дим-Хаар. Верный человек. Был когда-то. Я на него очень рассчитывал, да и Димм-Хаар никогда не предавал. Он служил еще при моем отце, пережил войну первого Моуг-Дгана.
Игмаген резко остановился и вперил взгляд в Наса. Продолжил горячим и злым голосом:
— И этот жрец предал меня. Поступил по своему, принял свое собственное решение. Сказал, что свободен был в своем выборе. Свобода выбора у жреца — ты слышал об этом?
— Разве жрецы не подчиняются магам? — спросил Нас, не отрывая взгляда от Игмагена.
— Выходит, что не все подчиняются. Вот что оказалось страшным. Везде эти идеи Саена о свободе, что дает Создатель…
— Идеи кого?
— Неважно. Это неважно. Важно, что Дим-Хаар совершал обряды связывания, это он связал ребенка Моуг-Дгана с девушкой. И он же нашел для них покупателя. Договорился с каким-то охотником, и хозяйка, у которой жили дети, продала девочек. Видишь ли, с прошлым Моуг-Дганом вышла ошибка у его создателей. Знающие похитили ребенка, когда он был совсем маленьким и вырастили его в тайне. В любви вырастили, как они любят говорить. Мальчик вырос, значит, и оказался непригодным к своей миссии. Хотя силой он обладал огромной. Прошлый Моуг-Дган не выполнил все три закона, и овладеть им не удалось никому. Теперь мы создали нового могучего Моуг-Дгана, девушку, которую тщательно прятали. Никто бы не заподозрил в рабыне, воспитывающейся для храма богини Любви — будущую могучую колдунью. Кому будет дело до грязной рабыни, что моет полы в таверне? Кто подумает, что цена ее — выше сотни и сотни золотых? Цена ее — это цена власти. И Дим-Хаар знал, кто она такая, он должен был присматривать за ней. А на деле — он продал ее!
Игмаген вдруг резко стукнул кулаком по каминной полке и выругался.
— Продал, как какую-нибудь девку-шлюху! И знаешь кому?
Нас еле заметно качнул головой.
— И мы не знали! И Дим-Хаар не сказал даже под пытками! Он, видите ли, оказался преданным Создателю. Всю жизнь служил духам, а на старости лет подумал о Создателей, зменграхам его потроха! — Игмаген шумно выдохнул, и провел ладонью по лысине. На лбу у него проступил пот, и крупные капли упали на короткие веки почти без ресниц.
