Птица, лишенная голоса полностью

– Надеюсь, тебе понравился сегодняшний день. – Он с волнением ждал моего ответа. – Конечно, не все было так, как я планировал, но для меня самого это большой шаг вперед. День еще не закончился, я знаю. Может, ты хотела еще чем-нибудь заняться?

– Черт, опять? – сказал Омер, и я повернулась на его голос. Он стоял в дверях и смотрел так, словно его в очередной раз обидели. – Мне что, вены себе перерезать? Хватит уже проводить время без меня!

Не дожидаясь, когда он продолжит, я обняла его, положив голову ему на грудь. Омер, находясь в замешательстве, обнял меня в ответ.

– Вот как нужно исправлять свои ошибки, – пошутил он.

Слушая, как бьется его сердце, я глубоко вздохнула. Я не хотела расстраивать его, но, если бы он позволил, я бы плакала вместе с ним часами, чтобы разделить его боль. Меня разрывало на части от того, что теперь я знала, какие страдания скрываются за этой улыбкой.

– Ты так сильно соскучилась? – спросил он, и я сильнее обняла его, закрыв глаза. Я услышала в его голосе подозрения. Могла бы поспорить, что сейчас он внимательно смотрел на Карана.

– Ага… – протянул он через несколько секунд, когда осознал, в чем дело. Я ощутила, как его руки сильнее обвили меня. Он глубоко вздохнул и обратился ко мне: – Я в порядке.

– Будь в порядке всегда, – произнесла я, не сумев унять дрожь в голосе. Он отстранил меня, внимательно посмотрел на меня и улыбнулся.

– Ты восприняла это так близко к сердцу? – спросил Омер, когда увидел слезы, застывшие в моих глазах. – Или потому, что это случилось со мной?

Он пытался сменить тему, но взгляд выдавал его. Глаза Омера рассказывали историю, конец которой еще не был написан. Но книга эта была погребена глубоко под землей.

Потянувшись к его лицу, я поцеловала его в щеку.

– Наверное, я… – пробормотала я.

Внезапно Каран, стоявший позади нас, оттащил меня от Омера и, развернув к себе, сердито спросил:

– Что происходит?

– Что значит «что происходит»? – удивилась я, когда брови Карана сошлись на переносице.

– Почему ты целуешь этого придурка? – спросил он строго. Омер засмеялся, и я засмеялась вместе с ним.

Ого, он что, ревнует?

– Не вздумай повторять такое дома!

Посмотрите-ка на него. А где нам еще это делать, милый?

Я встала на цыпочки и поцеловала Карана, но не в щеку, а в шею. Я знала, что после я буду сильно стыдиться, вспоминая этот момент. Мои губы горели после того, как я прикоснулась к коже Карана. Я выдохнула и отошла от него. Каран встал как вкопанный и тяжело сглотнул.

– Ты что это сделала? – спросил он тихо, проведя рукой по тому месту, где только что были мои губы.

– Поцеловала тебя, – ответила я невинно.

Ляль, что происходит?

Со мной явно что-то происходит. На этот раз Омер потянул меня к себе.

– Так, ну все, а то вы не остановитесь! – сказал он с напускной строгостью. Взяв меня под руку, он взглянул на Карана. – Что стоишь как столб, идиот? Когда дело касается меня, то у меня «все дома», но как только дело касается тебя…

Каран тут же его прервал.

– Она не пойдет с тобой! – ответил он решительно. Он потянул меня за запястье и нежно привлек к себе. По коже пробежали мурашки от тепла его ладони.

Однако как они нас перекидывали друг другу!

– Все, давайте пойдем наверх! – сказал Каран.

Прежде чем я поняла, что вообще произошло, Каран уже привел меня в свою комнату.

– Каран, я хотела поговорить с Омером! – сказала я укоризненно. – Мы ведь для этого приехали домой – чтобы поговорить с ним!

Каран накрыл дверную ручку ладонью и развернулся ко мне.

– Милая, – произнес он, и в этот момент я поняла, что отныне сделаю все, о чем он меня попросит. – Сейчас тебе лучше умыться, переодеться и привести себя в порядок, а потом мы снова поговорим с Омером.

С этими словами он поцеловал меня в лоб.

Это был контрольный выстрел, и теперь мы полностью повержены.

– Мне нужно кое-что обсудить с Омером, а потом ты можешь спускаться, договорились? – спросил он нежно.

Я медленно кивнула, но только позже поняла, как глупо это выглядело.

Из-за него наши мозги совсем расплавились.

Каран улыбнулся и, прежде чем закрыть дверь, подмигнул. Я плюхнулась на кровать и так и лежала, думая, какой же он все-таки милый.

Когда я открыла глаза, на часах было 4:13 утра. Я села на кровати, ворча и злясь на себя за то, что не додумалась взять в комнату стакан воды. Я решила спуститься вниз и смягчить пересохшее горло. Двигаясь по коридору нетвердыми шагами, я сонно потирала глаза.

Мы же упадем!

В последний момент схватившись за стену, я избежала падения и убрала волосы с лица. Почему нам нельзя было жить в обычном доме?

А что в этом доме плохого?

Мне не нравилась лестница.