Аху вытерла слезы и положила пистолет на кресло. Кто-то из толпы тут же его подобрал. Она взяла ребенка из моих рук, прижала к себе и начала рыдать. Я не могла двинуться с места, наблюдая за ней. Она не была настоящей матерью, но плакала так, словно действительно чувствовала себя ею. Мое сердце сжалось. Конечно, физическое здоровье очень важно, но гораздо важнее сохранить свою психику. Я видела боль от потери в ее глазах. В груди ныло. Аху была красивой девушкой. Я пожелала, чтобы ее дальнейшая судьба была такой же красивой, как и она сама.
Брат Аху подошел к ней и крепко ее обнял, а только сейчас я заметила в углу комнаты пожилую женщину, которая потеряла сознание, но никто не обращал на нее внимания.
От большого сердца большие беды. Каран не сводил с меня глаз, пока разговаривал со стоявшим рядом с ним пожилым мужчиной.
– Вы готовы идти, госпожа доктор? – спросил меня Ариф, подойдя ближе и слегка наклонив голову.
– Готова, – ответила я.
Когда мы вместе выходили с виллы, все присутствующие провожали нас благодарными взглядами. Охранники, стоявшие рядом, оттесняли людей от меня настолько, что казалось, никто больше не осмеливался сделать даже шаг в мою сторону.
– Хорошо, что в пистолете были пластиковые пули, йенге, – сообщил мне Ариф. – Иначе Каран убил бы меня. Конечно, мне все равно достанется, но я переживу…
Выйдя на улицу, мы встали перед машиной Карана и начали ожидать, когда он выйдет. Через пару минут, когда он появился в дверях, я тут же выпрямилась. Его сопровождали трое мужчин, но его взгляд был неотрывно направлен в мою сторону. Я была уверена, что вскоре получу хороший нагоняй. Приблизившись, он гаркнул:
– В машину!
Я тут же села на пассажирское сиденье.
Прежде чем сесть в машину, он внимательно посмотрел на Арифа и произнес:
– А с тобой увидимся дома, ослиная голова!
Я закусила губу, чтобы не рассмеяться, потому что выражение лица Арифа было очень комичным. Каран быстро развернулся задним ходом.
– Ты что наделала! – сказал он сквозь зубы. – О чем ты думала? Как тебе в голову взбрело такое? Зачем ты приехала туда, Ляль? Ты вообще понимала, что творила?
В его голосе смешались все оттенки гнева.
– А если бы с тобой что-то случилось? Если бы она не успокоилась? Если бы она причинила тебе вред?
– Как ты могла подвергнуть себя такому риску? Неужели ты настолько не ценишь свою жизнь?
– Я же помогла тебе, Каран, – сказала я тихо.
Он зло ухмыльнулся.
– Ты должен был заботиться о своем ребенке, чтобы тот не умер! – повысила я голос.
Он с силой сжал руль.
– А ты все издеваешься! Ей было все равно, о чем ты думала в тот момент. Она могла убить тебя прямо там! Она бы выпустила пулю. Если бы ты сказала хоть что-то, что ей не понравилось, она бы выстрелила! – ответил он сердито. – Ладно, о себе ты не думала, а вдруг из-за нас с Аху что-нибудь бы случилось? Она больна, Ляль. Она могла потерять контроль из-за любого слова, которое ты неосторожно произнесла, и могла навредить себе. Что, если бы из-за нас она бы убила себя? Ты подумала об этом?
Я смотрела на него, ожидая, когда он закончит говорить.
– Поэтому я и не сказала правду! – огрызнулась я. – Как будто это я облажалась. Почему ты нагнетаешь?
Он глубоко выдохнул.
– Помолчи, пожалуйста! Не говори больше и не выводи меня из себя.
На красном сигнале светофора он остановился и повернулся ко мне.
– Ведь было несложно просто подождать меня, разве нет? Я же сказал, что позвоню. Зачем ты приехала?
Не дожидаясь моего ответа, он продолжил сердито:
– Ох и влетит Арифу за это. Не смог остановить миниатюрную девушку!
– Я угрожала ему… – ответила я тихо.
– Ну молодец, у тебя получилось, – сказал он сухо и тронулся с места. – Ждешь, чтобы я тебя похвалил?
Наморщив нос, я скрестила руки на груди и тоже развернулась, став смотреть перед собой. Ладно, возможно, любопытство сыграло со мной злую шутку. И, возможно, мой приезд был ошибкой. Стакан наполовину пуст или полон, и я выбрала пессимистичный взгляд на вещи. И Каран должен понять в конце концов, что он не может контролировать все. Особенно меня. Я ведь сама себя едва контролирую.
Всю дорогу мы оба молчали. Когда я вышла из машины и направилась в дом, то слышала, как Каран следовал за мной. Даже звук его шагов звучал сердито. С лестницы донесся голос Омера, и я остановилась. Я ждала, пока Омер спустится, когда Каран догнал меня. Омер подошел ближе, и я заметила, что его рука была забинтована.
