Когда они оба рассмеялись, я поняла, что они задумали, и нервно улыбнулась.
– Прости, – с улыбкой ответил Каран. – Ты так мило волнуешься. Я не мог этого упустить.
Выпятив передние зубы вперед, я попыталась произнести сквозь смех:
– Фы фак мыфо форлнуефся. Фя не фог эфого уфустифь.
Омер присоединился к веселью, не забывая время от времени отправлять еду себе в рот.
– На сегодня, наверное, хватит. А то Эфляль выглядит так, что вот-вот нас придушит, – сказал он, стараясь изобразить на лице испуг.
Улыбнувшись, я вернулась к еде, чтобы отвлечь от себя внимание. К нам подошел Сельчук и принял заказ Омера. Каран начал расспрашивать Омера о работе, а я стала слушать. Когда они перешли к обсуждению товаров, застрявших где-то на таможне, тон беседы сразу же изменился. Их лица приобрели серьезное выражение, и я продолжила вслушиваться в то, что они говорили.
– Какой у него радиус действия? – спросил Каран.
Я удивленно подняла голову. Он посмотрел на меня и прочистил горло. Похоже, он сболтнул что-то не то. То, что я не должна была услышать.
– Радиус действия? – переспросила я, думая, что ослышалась. – Вы что, торгуете оружием?
У меня по коже пробежал озноб.
–
Они оба замолчали, переглядываясь между собой. Омер отвернулся. Каран в это время не сводил с меня глаз.
– Да, но это не то, что ты думаешь, – ответил он так, словно разговоры об этом его явно нервировали.
– А что я думаю? – спросила я, выпрямившись на стуле. – Чем вы занимаетесь? Если это именно то, что я предполагаю, как мой брат с вами подружился?
В их глазах я увидела смутную угрозу. Сердце сковало льдом.
– Как Ясин смог это допустить? Он что, не знает, что вы делаете?
– Ясин все знает, – резко ответил Каран.
Неужели брат, который всю свою жизнь работал в Национальной разведывательной организации[29], знал, что эти люди провозят контрабандой оружие в страну, и все равно доверил им мою безопасность? Здесь была какая-то нестыковка, которую я не могла уловить, а мне так ничего и не объяснили. Если бы я знала это раньше, то никогда бы не осталась с ними под одной крышей.
– Эфляль, есть вещи, о которых мы не можем тебе рассказать, – начал Омер. Но его взгляд был устремлен не на меня, а в стол. – Ты сама знаешь, что Ясин никогда бы не нанес вред своей стране. Мы тоже не из тех, кто готов предать родину за деньги. Тебе просто нужно это знать.
– Вы работаете в МИТ?
– Нет, – сказал Каран и наклонился ближе. – Это они работают с нами.
– Что? – переспросила я. – Кто именно? Зачем им с вами сотрудничать? И как они могут разрешить вам провозить в страну оружие?
Я повысила голос, и Каран огляделся по сторонам. Столики рядом с нами были не заняты, поэтому никто не услышал моих вопросов.
– Может, объяснитесь?
Губы Карана приоткрылись, но Омер перебил его, сказав:
От удивления я приподняла брови.
– Не надо? – спросила я сердито. – Вы знаете абсолютно все о моей жизни. Хорошо, предположу, что вам это нужно чтобы меня защищать. Но разве я не должна знать что-то и о вас двоих? Я живу с вами в одном доме, я часть вашей повседневной жизни. Вы хотите, чтобы я сидела и не задавала вопросов просто потому, что мой брат вам доверяет?
Я перевела дыхание.
– Вы можете мне не доверять, но вы знаете всю мою подноготную. Если у вас есть какие-то опасения насчет меня, пожалуйста, забудьте об этом. Но, чтобы я могла продолжать оставаться с вами, мне нужно знать правду. – Я переводила взгляд с Карана на Омера. – Пожалуйста.
– Дело не в том, что мы тебе не доверяем, – сказал Каран осторожно. – Просто сейчас не то время и место, чтобы это обсуждать.
– Я никуда отсюда не уйду, пока не услышу правду, – твердо ответила я.
Скрестив руки на груди, я откинулась на спинку стула.
В моей уже и так крайне запутанной жизни я не потерплю еще одну порцию неопределенности. Неужели они этого не понимают?
– Ты права, что хочешь узнать подробности, но может, сперва ты просто попробуешь нам довериться?
Когда Каран произнес это, я нахмурилась.
– Почему тогда ты не сделал то же самое и в моем случае? Зачем перерыл всю мою жизнь? Зачем ты узнавал мой домашний адрес и имена моих сотрудников? Почему ты просто мне не доверился, Каран?
В его взгляде опять появилось то выражение, когда он хотел мне передать что-то без слов, но он лишь произнес:
– Мне пришлось это сделать, чтобы помочь тебе.
Я саркастически рассмеялась:
– Что изменилось, когда ты узнал мой адрес? Разве общение с моим братом не придало тебе веры в меня? Чтобы мне помочь, нужно перевернуть мою жизнь вверх дном? – Я наклонилась вперед. – Если бы я знала, что сижу за столом с людьми, которые не могут доверять друг другу…
– Сейчас мы сидим именно за таким столом! – вклинился Омер.
Я непонимающе уставилась на него. Он имел в виду конкретно этот стол?
