Птица, лишенная голоса полностью

Сборы в отеле заняли около двух часов. Перед тем как отправиться в номер, я провела со своей командой генеральную репетицию. Вероятно, они уже были готовы и ждали начала выступления. Обычно музыканты играли первыми и разогревали гостей, прежде чем я смогу выйти на сцену. Среди приглашенных уже ходили слухи, кто именно будет выступать, но я не хотела, чтобы меня объявляли официально. Мне нравилось быть на сцене, это всегда непередаваемые ощущения, однако я любила не саму сцену; я любила петь. А сцена просто давала мне такую возможность. Поэтому я не хотела, чтобы мое имя произносили вслух. Сегодня я хотела быть просто женщиной, которая своим голосом вызывает восхищение у слушателей. Этим вечером не я должна стать центром внимания.

– Я ухожу, – произнесла Мелис, а я еще раз поблагодарила ее за прекрасную работу. Она пожелала мне удачи и вышла из номера, а я тут же подошла к зеркалу. Я не могла перестать смотреть на свое отражение.

Это было мое платье, которое Озлем прислала из Анкары специально для этого выступления. До этого момента у меня не было случая надеть его, поэтому сейчас я с удовольствием это сделала. Это был неизвестный бренд, я купила его в маленьком бутике. Когда я буду позировать в этом платье, то хочу, чтобы в новостях упомянули название этого магазина.

Мы что, будем в новостях?

Ариф сказал, что на благотворительный вечер придут журналисты.

И мы официально станет знаменитыми…

Я еще немного покрутилась перед зеркалом. Платье было цвета лиловой сливы, в пол, с бретелями и изящным декольте и глубоким вырезом на правой ноге. Я распылила придающий сияния спрей на открытую ногу, которая выглядывала из-за выреза и словно говорила: «Эй, я тут». Волна распущенных каштановых волос, струящаяся по плечам, еще больше подчеркивала красоту наряда. Я ощущала себя принцессой.

Мне захотелось оставить в памяти этот момент, поэтому я взяла смартфон и начала фотографировать себя в зеркале. Выставив вперед обнаженную ногу, я сделала несколько поз, пока в отражении не встретилась взглядом с Караном, отчего немного напугалась. Меня удивило, что он так неслышно подошел. У меня вспотели руки, когда я смотрела, как он улыбался, осматривая меня с ног до головы.

– Ты сегодня красивая, – сказал он, подойдя ко мне сзади.

У меня перехватило дыхание, когда он оказался совсем рядом, все еще смотря на меня через зеркало.

– Хотя нет, ты сегодня очень красивая, – произнес он, нервно сглатывая, и этот звук громом раздался у меня в ушах.

– Ты тоже, – тихо ответила я, обратив внимание, как ему идет черный приталенный смокинг.

Совпадение ли, что платок в его нагрудном кармане того же цвета, что и мое платье?

Он так и стоял позади меня, а у меня на телефоне все еще была включена камера. Тем временем мы оба рассматривали друг друга.

Мне кажется, тебе стоит немного постесняться.

Набрав в грудь воздуха, Каран подошел ближе. Я невольно выпрямилась, потому что его пиджак задел мою обнаженную спину. Он указал на телефон и хрипло произнес:

– Сфотографируй. Пусть останется на память.

Я прочистила горло. Бессознательно выставила ногу вперед, и взгляд Карана невольно обратился к вырезу на моем платье. Он слегка поднял подбородок, переместив взгляд на мое лицо, даже не моргнув, и внимательно следил, как я откидываю волосы за спину, показывая платье.

– Ты прекрасна, Ляль, – произнес он, и то ли от его слов, то ли из-за высоких каблуков я пошатнулась, на секунду потеряв равновесие.

– Просто сделай фото, – попросил Каран и положил свою ладонь на мою руку, помогая удержать телефон; я посмотрела на него в отражении и нажала на экран, чтобы сделать снимок. – Ты в любом случае красиво выйдешь на фото.

В этот раз нервно сглотнула уже я. Я задержала дыхание, когда он убрал свою теплую руку с моей ладони. Мы и правда вместе так хорошо смотрелись, что я могла бы стоять так часами, разглядывая нашу пару.

Не пялься ты так на него и просто фотографируй!

Мы сделали еще пару фотографий, когда позади нас раздался чей-то голос. Я хотела повернуться, но из-за Карана, стоящего за мной, не смогла этого сделать. Подняв голову, я посмотрела на него, а он опустил лицо ко мне, рассматривая меня сверху. Между нами почти не осталось расстояния.

В этой близости мои губы приоткрылись, и Каран, медленно облизнув свои пересохшие губы, снова взял мою ладонь в свою. Он помог мне сделать пару снимков на зеркало, вот так, не сводя с меня глаз, и уголок его рта изогнулся в улыбке. Он наклонился ближе, и я ощутила, как волна тепла поднимается от моей груди по шее. Затаив дыхание, я наблюдала, как его губы немного приоткрылись.

– Каран, – раздался рядом мужской голос.

Я хотела повернуться на голос, но Каран остановил меня, сильнее сжав мою ладонь.

– Где ты? – продолжал звать кто-то.

Да уймешься ты, наконец?

– Каран!

Каран отстранился от меня, а я смогла повернуться.