Ладомир, находясь в блаженстве от любимой работы, ничего не слышал. Он наслаждался тем, что его руки вновь почувствовали силу огня и железа. Ребёнком, Ладомир прибегал в кузню и засматривался на работу мастера, а став подростком, пошёл в подмастерье к кузнецу Ивану. В руках Ладомира, подкова обретала правильный изгиб и форму, толщину и размер.
Прощаясь, Ладомир обнял кузнеца.
— Не знаю, дядька Иван, свидимся ли вновь, — опустив голову, сказал Ладомир, — снова в путь собираюсь.
Кузнец усмехнулся и похлопал по плечу своего подмастерья.
— Я всегда знал, что моя кузня, да и вообще наша деревня мала для тебя. Ты словно сокол, жаждущий простора и свободы. Если осядешь здесь, то погибнешь. Разве может молодой сокол жить в неволе? Поступай, как сердце велит. Не гонись за богатством, не в нем счастье.
— Спасибо дядька, ведь только ты меня и понимаешь.
— Ступай к своей судьбе, вольный богатырь, — пожелал кузнец.
Подходя к избе своей няньки, Ладомир увидел, что на крыльце его ждёт старушка. Увидев юношу, Ульяна взмахнула руками и пожурила:
— Солнце уже к земле опустилось, а тебя все нет и нет. Я уж и баньку натопила, и похлебку наварила. Ясененька несколько раз прибегала, интересовалась, не пришёл ли ты, а тебя нет.
— Я в кузне был, — виновато объяснял Ладомир, — руки по работе соскучились.
— А я не соскучилась, — бранила Ладомира Ульяна, — ступай в баню, пока не остыла, а потом за стол сядем.
Ладомир, соглашаясь с нянькой, отправился в баню, где пахло можжевельником и мёдом.
Солнце уже полностью скрылось, и на небе появились первая звезда.
— Спасибо нянюшка за баньку, — присаживаясь за стол, благодарил Ладомир, — все плохое забрала, будто заново родился.
— Ну вот, а теперь кваску отпей, да похлебку съешь, а то смотри, как исхудал.
Ладомир налил из глиняного кувшина в чашку кваса и спросил Ульяну.
— Яснорада сказывала, что князь Борис со своей дружиной в деревню приезжал. Искал женщину по имени Матрена.
— Нелегкая принесла ирода в наши края. Столько лет стороной обходил, а тут на тебе явился сам. Не узнал меня.
— Так он видел тебя?
— А то как? Во все дома заходил, рыскал как зверь бешенный. Но уже ведь двадцать годочков минуло, совсем старая я стала, вот и не узнал.
— Значит, помнит и боится моего появления.
— Ты даже и думать не смей, — поджав дряхлые губы, молвила Ульяна, — кто ты и кто он. Раздавит тебя одной рукой и поминай, как звали.
— Не могу я так жить, няня. Должен отомстить за отца и мать.
— Им уже не поможешь, о себе подумай, отчаянная головушка. Сгинешь.
— Если суждено умереть за правду, так тому и быть. А жить и бояться, я не буду.
В этот момент, отварилась со скрипом дверь и появилась Яснорада.
— Доброго вечера в дом, — поклонилась девушка.
— Ясенька, проходи, — обрадовалась Ульяна, — желанная гостья в этом доме.
Робко ступая по деревянным половицам, девушка подошла к столу и присела.
— Я за тобой Ладомир, — теребя косу, промолвила Яснорада, — пойдём на угор, там девчата с парнями уже собрались, костёр разожгли, песни поют.
— Сходи, Ладушка, — опередила Ладомира нянька, — чего дома- то одному сидеть.
— Хорошо, — вытирая, после похлебки, губы рушником, встал со скамьи Ладомир, — пойдём.
Яснорада, обрадовавшись, соскочила с места. Ульяна, улыбнулась и пожелала хорошо провести время.
Девушка, счастливая от того, что идёт рядом с милым мужчиной, щебетала, как соловей. Выйдя за околицу деревни, молодые люди шагнули на тропинку, ведущую к реке.
Несколько ребят и девчат, сидя у костра на небольшой возвышенности возле реки, хохотали и рассказывали небылицы.
— Ребята, смотрите, кого я привела, — с возбуждением произнесла Яснорада, показывая на Ладомира.
— Ладомир! — Соскакивая и подбегая к юноше, хлопая его по плечу, здоровались ребята.
Девчата сидели и, лишь с таинственной улыбкой, перешёптывались между собой.
— Здорово, Ладомир! — Обнимая друга, приветствовал Степан, — надолго к нам или опять собираешься в поход?
— Здорово, ребята и девчата! Несколько дней поживу и решу, — ответил Ладомир, — а где Кирьян, Иван, Милослав, да другие ребята?
— Присаживайся к костру, сейчас расскажем, — промолвил Степан, самый старший среди шестерых юношей, которые сидели возле костра.
Ладомир сел на поваленный ствол, а рядом присела Яснорада, как бы показывая девчонкам, что это её молодой человек. Жар костра согревал лицо, но в душе оставалась тревога. Он знал, что долго скрываться не получится. Князь Борис не забыл, и рано или поздно они встретятся.
— Князь приезжал, полюдье собирал, — начал свой рассказ Степан, — да и с каждого двора по мужику или юноше в дружину забирал.
— А вы?
— Я с Никитой на охоте был, а Владибор с Глебом на рыбалке несколько дней, — Степан кивком показывал на ребят, о которых говорил, — ну, а…
— А меня мать спрятала, — перебив Степана, отозвался самый младший, которому шёл пятнадцатый год, — ратники князя весь дом перерыли, а я в подполе в хлеву сидел. А Руслан в соседнюю деревню с матерью к куме ездил. Вот мы и остались, а остальных в дружину князя забрали.