Пунические войны полностью

В то время, когда Сципион Африканский на Востоке добился таких важных побед над Антиохом III, анти-сципионовская партийная группировка обвинила его в государственной неблагонадежности и потребовала отчета о финансовых делах. Полководца привлекли к суду и удалили из Рима. Таким образом Сципион был убран с политической арены. Л. Анней Сенека (Луц., 86) сообщает: «Сципион Африканский, победитель Ганнибала, в 184 г. до н. э. был обвинен народными трибунами, желавшими подорвать его возросшую власть, и добровольно удалился в свою усадьбу в Литерне [городок Кампании], где и умер в следующем году».

Преследование Сципиона свидетельствует о резко обострившейся борьбе партийных группировок. С его смертью подняли головы его враги, возглавляемые Марком Порцием Катоном[99].

В 179 году Филипп V умер, оставив государство старшему сыну Персею, враждебно, как и отец, настроенному к Риму, Энергично продолжая дело отца, новый царь усиленно готовился к войне. Конфликт между противоборствующими сторонами все более назревал, и в 171 году началась третья Македонская война (171–167)[100]. Исход войны таков: 22 июня 168 года при городе Пи дна произошла последняя битва, в которой Персей потерпел поражение (Полиб., XXIX, 17, 5; 19, 1; Лив., XLV, 6; Юст., XXXIII, 2). Вечный город был в апогее славы и пышно отпраздновал сразу несколько триумфов. Отныне Рим не нуждался в друзьях и союзниках. И друзья и недруги попали в прямую от него зависимость.

В 150 году истекал 50-летний срок тяжелой зависимости Карфагена как данника Рима. Сенат задумался, как поступить по истечении этого срока со все еще сильным противником. Оставить его в таком положении было недостаточно, следовало найти пути, еще более усугубляющие его. Такой путь нашелся. Верный римский союзник в Африке — нумидийский царь Масинисса, осуществляя надзор за карфагенянами и прекрасно зная, что им по мирному договору 201 года запрещалось прибегать к вооруженной самозащите, постоянно вторгался в пределы пунических земель. В конце концов он оккупировал богатую область Эмпории[101]. Неоднократные жалобные речи карфагенян в римском сенате не возымели действия, а вот лживым речам нумидийцев внимали и сочувствовали. Посольства римлян, несколько раз посылавшиеся по приказу сената в Африку, ничего определенного не решили (Лив., XXXIV, 62; 68; XL, 17; XLII, 23, 24; XLIII, 3; Зон., IX, 18). Конфликт следовало сохранять, в противном случае спорный вопрос был бы разрешен справедливо, что не отвечало интересам Рима. Поэтому там не спешили удовлетворить требования карфагенян, затягивали время, чтобы их верный нумидийский союзник укрепился. В действительности же захваченные земли не были спорными: они находились у карфагенян несколько веков.

Масинисса, уверенный в безнаказанности со стороны Рима, постепенно захватывал все новые территории и окружил Карфаген землями своего царства. Ливий (XXXIV, 62; см. также: Ann., Лив., 67) сообщает, что «Масинисса, заметив слабость Карфагена… счел время удобным для присоединения карфагенян. Он опустошил их земли по берегу моря и некоторые города, подвластные им, заставил платить дань себе… город Лептис, который один платил еоюедневно карфагенянам по таланту». Захваченная Масиниссой приморская земля была плодородной и богатой, и он превратил Северную Африку в хлебородную страну, а нумиднйцев-кочевников — в земледельцев и воинов (Страб., XVII, 3, 15).

Развязывая третью войну с Карфагеном, римский сенат добивался осуществления своих целей руками Масиниссы. Действия нумидийского царя постоянно давали повод Риму вмешаться в дела Карфагена. Пунические послы доложили римскому сенату, что Масинисса кроме захваченных земель только за два года (174–173) отнял у них больше 70 городов и селений (Лив., XLII, 23; ср.: Ann., Лив., 68).