— Может быть, но иногда немного сумасшедшим быть полезно. И я уверен, что у нас все получится.
— Хотелось бы… Отбой.
— Отбой.
Сюр специально вывел Любу на свою линию связи. Он не хотел, чтобы их разговор был слышен остальным. И он, конечно, хорошо понимал, что то, что он задумал, весьма чревато неприятными последствиями. Но зато давало такой оглушительный эффект, что это перечеркивало все его опасения и сомнения.
Прием нырка, как называл его Оверграйт, был использован им в сражении с контрабандистом. Корвет на максимальном ускорении уходил в короткий гиперпрыжок, появлялся у корабля противника, наносил короткий, но мощный удар и уходил снова в прыжок. И так несколько раз, постепенно уничтожая систему ПРО чужого корабля. Этим действием он принудил бандита сдаться и получил выговор от командира эскадры за ненужный риск.
Нечто подобное Сюр планировал повторить с «пиратом». Он не стал делать расчеты возможных результатов подобных маневров. Они могли показать, что вся его затея пустая трата времени и ненужный риск. Но Сюр полагался на свою интуицию и, как всегда, верил ей.
— Вей капитан, — доложил Эдик, — «пират» заходит на боевой курс. Объект атаки — станция «Мистфайр». Мы находимся у него в хвосте. Он не обращает на нас внимания. Есть вызов со станции.
— Переключай на меня.
— ОДК «Варяг», говорит комендант станции Ссаил Ароон. Как слышите? Прием.
— Слышу вас, Ссаил, на связи капитан ОДК Сюр Землянский.
— Капитан, это все странно, но я хотел бы знать, чем вы можете помочь станции?
— Я атакую «пирата» с левого поврежденного борта, он не сможет вас прицельно атаковать.
— У вас есть чем атаковать? Не будете же вы его таранить?
— Если придется, то буду, — спокойно ответил Сюр.
— Это шутка?
— Нас слушают, Ссаил. Я обещал реальную помощь, и я ее окажу.
— Хотелось бы на это посмотреть, бледнолицый говнюк, — вклинился в их разговор капитан «пирата». — Особенно когда ты будешь нас таранить.
— Приготовь запасные штаны, черная задница, они тебе пригодятся, и жди в гости, — огрызнулся Сюр.
Ссаил вздохнул.
— Ладно, Сюр, я надеюсь на чудо.
— Поверь, Ссаил, я еще тот волшебник.
— Ну-ну… Отбой.
Время тянулось очень медленно. Сюру хотелось, чтобы все началось быстрее, но спешить было нельзя. Искин вычислял координаты объекта, который должен занять стационарную орбиту, рассчитать его скорость и определить нужную точку выхода из гиперкороткого прыжка.
Сюр сидел и тоскливо смотрел в темный монитор, расчерченный на квадраты. Без интереса рассматривал зеленые и красную звезды, двигающиеся по монитору. Принял сообщение, что ОДК синхронизировался относительно «пирата», и мысленно подталкивал противника занять боевую позицию: «Ну давай шевелись, кляча старая. Хуже нет, чем ждать и догонять».
— Сюр? — нарушил его ленивый мыслительный процесс Гумар.
— Чего?
— У тебя все готово?
— Думаю, да…
— Ты сомневаешься?
— Немного, Гумар.
— Почему?
— По кочану.
— Это как?..
— Просто у меня нет ответа, почему я немного сомневаюсь. Наверное, потому, что я живой человек, а не андроид.
— Понятно. Сознаюсь, меня, Сюр, потряхивает. Нервозно как-то, и твой замысел мне неизвестен. Поделишься, что ты собираешься делать?
— Нет.
— Почему?
— Ты опять напьешься… Отрубишься и потеряешь сознание…
— Все так плохо?
— Нет. Но ты можешь подумать, что да.
— Я уже так думаю, Сюр. Жаль, что я не успел попрощаться с Руди и нашим ребенком…
— Вот поэтому я тебе ничего не рассказываю. Ты паникер и пессимист. Нужно верить в хорошее, Гумар. Так легче жить.
— Я бы рад, брат. Но… что, по-твоему, является хорошим?
— Верить, что мы победим и что у тебя родится сын или дочь. Мы будем богаты и счастливы… Проживем полную событий и радостей хорошую жизнь и умрем в один день.
— Вот в последнее я больше верю, Сюр.
— Не будь нытиком. Нытики девушкам не нравятся.
— Прости, Сюр. Просто хотел и с тобой проститься.
— До свидания, Гумар.
— До свидания, Сюр… Э-э-э-э… А ты куда?..
— Ты хотел попрощаться? Я с тобой попрощался. Не мешай мне. Передай тело Молчуну.
— Ага, хорошо…
— «Пират» выходит на огневую позицию. Расчеты прыжка закончены, — доложил Эдик.
— Полный вперед! — скомандовал морским земным термином Сюр, и Эдик его правильно понял.
