— Теперь у меня к ним еще и личные претензии, — прохрипела Волчок в ответ, с трудом опираясь на раненую ногу и вытаскивая из аптечки шприц с обезболивающим. Открыв иглу, воткнула его себе в ногу, вводя лекарство напрямую через защитное снаряжение и зашипев от боли. — Святое Небо, одну вылечили, прострелили другую.
— Я помочь! — подхватила Энтри, подставляя девушке свое плечо. — Мы сейчас не выиграть. Мы должны уходить. И как можно быстро.
— Куда? — поинтересовалась Рейвен, высовываясь из-за своего укрытия и продолжая стрелять, повалив еще двоих стрелков, подобравшихся слишком близко. У них оставалось несколько минут, до того как фанатики прорвутся в лабораторию, и шансов остановить их точно не останется. — В печь? Другого пути нет.
— А выбора нет, — прошипела Волчок. — Больше некуда, мы тут как крысы в ловушке. И прорваться теперь уже не сможем. Во всяком случае, я теперь точно не смогу… — она кивнула на свою подстреленную ногу.
— Да Небо с вами! — отмахнулась девушка. — Давайте вперед, я за вами! Прикрою!
Обезумевшие наемники продолжали идти в полный рост, стреляя на подавление, и не давая даже высунуться, но в таком тесном проходе необязательно было даже целиться, достаточно выставить ствол оружия из-за укрытия и дать несколько очередей, чтобы зацепить хотя бы одного или двоих. Остальные после этого все-таки укрывались и останавливались на пару минут, вероятно, учитывая опыт первой атаки. Рейвен ругалась сквозь зубы, видя, с какой скоростью тают патроны, и прикидывая, на сколько таких же перестрелок их еще может хватить. Даже по самым оптимистичным предположениям запасов хватало ненадолго, а что придется делать после, старалась не думать.
Энтри помогла наемнице добраться до шахты в мусоросжигательную печь и первой забраться внутрь. С громкой руганью наемница покатилась вниз, и голос ее быстро затих на глубине. Лучница осталась у распахнутого люка и жестом позвала Рейвен, все еще продолжавшую перестрелку с противником у прохода. Кивнув, девушка дала в коридор еще несколько очередей и бегом бросилась к ней.
— Лезь, я последняя, — толкнула она Энтри в сторону люка шахты и сама развернулась к двери, где в любой момент могли снова появиться наемники. Лучница, подумав секунду, кивнула и прыгнула вслед за Волчком. Рейвен, убрав винтовку за спину и вытащив пистолет, несколько раз выстрелила в сторону первого появившегося в проходе наемника, но тот успел укрыться, так что заряды лишь бесполезно рвали верхнее покрытие стен, оставляя длинные оплавленные следы. Выиграв так себе несколько секунд, девушка схватилась за крышку люка и прыгнула вниз, в шахту, захлопнув ее за собой.
Шахта оказалась длинной и узкой, без какого-либо освещения, и наклон быстро увеличивался, так что в конце девушка чуть ли не летела, едва задевая спиной и руками стенки. Жесткий каркас защитного снаряжения снова спас ее, без него оставила бы там большую часть ребер и позвоночника, но спиной все равно ощущала неровности и стыки листовой обшивки. Ругаясь сквозь зубы, девушка успела пожалеть, что ввязалась в это, когда шахта неожиданно кончилась, оборвавшись выходным люком. Успев только еще раз ругнуться и сгруппироваться, Рейвен вылетела из шахты на полной скорости и плюхнулась прямо во что-то мягкое, склизкое и мерзко чвакнувшее.
— Святое Небо! И ты туда же! — услышала она в следующую секунду задорный голос своей напарницы. — Прямо в самую кучу трупов! Вылезай оттуда быстрее, сверху ведь и гранату закинуть могут…
— Слишком далеко лететь, — ответила Рейвен, выбираясь из кучи изуродованных тел, расталкивая их руками и ногами. — Взорвется по пути. Матерь Земная, я теперь наверняка вся изгваздаюсь в этом дерьмище!
— Зато будет легко притвориться трупами, — уверенно заявила наемница, успевшая вернуть себе бодрое расположение духа, — если только вскоре настоящими не станем. Кстати, отсюда ведь выбираться как-то надо…
Темноту мусоросжигательного отсека осветил яркий луч включившегося нашлемного фонаря, прорезавший ее до самого потолка и выхвативший кусок металлического покрытия, закопченного до черноты многократным использованием. Последнюю очистку, вероятно, провести не успели, камера почти полностью была завалена биологическими отходами. И множеством трупов — последствиями проводившихся здесь экспериментов — не только изуродованных мутантов, несших на себе отпечаток влияния того, что дикари называли Тьмой, но и простых людей, видимо, рабов, не выдержавших нечеловеческих условий содержания. Кровь собиралась в небольшие лужицы между изувеченными телами, и оставшиеся отпечатки сапог быстро заполнялись гнилой бордовой жижей.
— Здесь наверняка должна существовать хоть какая-то дверь или проход, — уверенно заявила наемница, прочесывая фонарем все стены вокруг, — они не могли герметизировать топку. Ее время от времени надо чистить и проверять, иначе все может просто оплавиться в один прекрасный момент…
