Что, если?..
Говарду вдруг захотелось, чтобы она увидела в нем того, кем он являлся на самом деле. Кем же? Был он кем-то еще, помимо специалиста своего дела, чье дело – убивать? Всегда было что-то, что замедляло его сердцебиение, делало его глаза холодными, а движения – точными.
Вот только рядом с ней его сердце колотилось с необыкновенной силой.
Спускаясь по лестнице на первый этаж, он смотрел в темноту, но его мысли были заняты ею. И, конечно, страхом, что, быть может, он уже не сможет выбросить ее из головы.
Из темноты накатывал голос, словно прибой на отутюженный берег, выбрасывая на него плавник и дохлую рыбу. Клочья пены несутся по песку… Бесконечный грохот воды. Прилив-отлив. Ясность-выпивка-ярость-похмелье. Прибой и темнота.
– Как я выжил? Я сказал, что заглянул в лицо своей боли. Это не вся правда. Я был напуган. И зол. На тебя. Страх и злость, потом – ежесекундный, ежечасный труд. День ото дня, неделя за неделей, месяц за месяцем. Сквозь боль, которая не отпускает даже во сне. Которая не уйдет, когда кости срастутся и уплотнятся, когда образуется рубец.
Холодное шершавое прикосновение к рубцу на моей ноге.
Я поднял голову и уставился в кромешный мрак, учащенно задышав.
– Говард?
– Боль, от которой все тело покрывается испариной. – Холт провел пальцем по моему лбу и струсил пот мне на лицо. – Думаешь, ты знаком с болью? Ты всю жизнь бежал от нее, передавал ее тем, кто доверял тебе. В том числе своему личному божку – из зеленого стекла, с красными глазами. Вместо того чтобы признать ее и научиться с ней жить.
– Говард… Что…
– Ты, Вивиан или Зак? Ты должен выбрать, Дэнни. Но выбирай с умом. Потому что, сделав выбор, назад уже не отыграть. Ты, Вивиан или Зак.
– Что ты делаешь?
– Все эти годы ты провел в поисках ответа на вопрос, которого даже не знал. Вот он – вопрос: ты, Вивиан или Зак?
Я умолял его заткнуться, оставить меня в покое, но он не уходил. Пока мне не начало казаться, что страх сведет меня с ума. Страх смерти? Не совсем. Страх потерять контроль. Тело, липкое от пота, дышать невозможно… Что-то рвалось наружу. И я сделал свой выбор.
Холт произнес откуда-то сверху:
– Ты спрашивал, какое лицо у моей боли… – Слабое касание ногтя о мое лицо. – Дэниел, ты сплошное разочарование. На этот раз я бы отпустил тебя, но слабый человек готов уничтожить все вокруг себя, лишь бы остаться на плаву.
– Говард!
Поток холода иссяк вместе с негромким хлопком двери.
Я вновь остался один.
Прокатившись в Парадайс, Говард написал пару писем и заглянул в супермаркет за воздушно-пузырчатой пленкой.
Адриан недавно проснулся и успел позавтракать (омлет, индюшачьи сосиски, тосты с соленым маслом и сиропом), когда почувствовал это.
Как правило, он проверял электронную почту дважды в неделю – по вторникам и субботам. Но что-то толкало его сделать это в начале девятого, двадцать пятого января, в понедельник. Сегодня, сейчас, немедленно.
Так, спам, рассылка.
И письмо от Говарда.
На миг он замер, перестал дышать. Что ж. У них обоих было по-настоящему хорошее чутье. Что будет, если на лесной тропе встретятся два зверя с острым чутьем?
– Провидение, – сказал Адриан, поерзал на стуле, подвел курсор к письму и клацнул мышкой.
От:
Отправлено: Понедельник, 25 января 2016 года, 8:03:11 a.m.
Кому:
Тема: Привет!
Есть человек, которого мне хотелось бы повидать в самое ближайшее время. Не могу отлучаться. Буду у тебя в долгу.
P.S. У тебя есть записанные лисьи крики?
Последний раз Адриан видел Говарда на проселке у старого дома посреди кукурузного поля. Тот садился в машину в черных джинсах, пыльных сапогах и в футболке, позаимствованной из чужого гардероба, – с Виком Раттлхедом, чьи глаза закрывает стальная пластина, уши заткнуты пробками со свисающими с них цепями, а на рту не то металлические скобы, не то рыболовные крючки. Свою футболку, залитую кровью, Говард прихватил с собой в мусорном пакете. Август, два с половиной года назад. Два года о нем ничего не было слышно.
Ровно год назад, обеспокоенный его исчезновением, Адриан даже отправился на его поиски, наткнулся на след и некоторое время шел по нему, пока тот не оборвался в Эйдриане, Мичиган.
Но не он нашел Говарда, а Говард – его.
Адриан мог бы написать ему большое письмо, рассказав об этом – вообще написать письмо на этот адрес электронной почты, – но не отважился. Ладно, каждый из них ценил уединение, им не нужно отмечаться в большой черной книге: «жив» – галочка, «мертв» – грустный смайл. Но между ними всегда были нити, где-то – слабые, как паутина на ветру, где-то – крепче, и по такой нити уже мог взбежать паук.
Исчезнуть с радаров – не преступление. Тихо заниматься своим делом – не преступление. Можно сбавить обороты, найти женщину – но не отойти от дел. По крайней мере, до пятидесяти пяти. Если доживешь.
Печатал Адриан медленно, каждую клавишу вдавливая до победного.
От:
Отправлено: Понедельник, 25 января 2016 года, 8:23:05 a.m.
Кому:
Тема: Re: Привет!
Буду рад помочь.
Он несколько раз перечитал получившуюся фразу и удалил последнее слово. «Буду рад помочь другу» звучало непрофессионально.
