Пустые зеркала полностью

– Нет, Игорь успел показать мне, что ничего не слышит. Чтобы сообщить о том, где мы, нужно как-то написать записку.

– Класс! – Кристина нервно всплеснула руками. – У кого есть ручка и бумага? Я как-то не захватила…

– Можно еще написать прямо на стекле, – возразила Диана.

– Чем? – София вопросительно посмотрела на нее.

Диана опустила взгляд на свои руки: во время борьбы с парнем они испачкались в крови, как и у Кристины.

– Кровью, например, – предположила она.

– Долго и опасно, – возразила Юля. – То, что нам удалось отбить тебя у этого существа один раз, еще не значит, что нам всегда будет так везти.

– Можно попробовать сделать то же самое в другой комнате, – предложила Диана. – Моя повешенная вела себя спокойнее, как мне кажется. Как минимум, у нее нет ножа.

– Кровь высохнет, пока туда дойдем, – возразила Кристина.

– Можно написать своей, если найти, как пораниться.

– Вот только все это может быть зря, – вдруг сникла Юля. – Ну, узнают они, что мы под домом ведьмы… Даже если это действительно то же место, а не просто такое же, но другое, как нас вытащат? Если никто не смог найти дом ведьмы, даже Нурейтдинов. Возможно, помог бы ключ, но один с нами, – она указала на Диану, – а другой где-то на дне озера. Ребята не смогут сюда прийти.

– А если и смогут, не факт, что им удастся нас найти и вывести, – согласилась Кристина. – Могут еще и с нами тут застрять.

– Но надо же что-то делать! – Диана понимала их правоту, но не могла смириться с безвыходностью положения. – Нельзя же просто сидеть на месте…

– Может, поискать что-нибудь, что нам поможет, в других комнатах? – неожиданно предложила София. А когда все удивленно посмотрели на нее, развила свою мысль: – Мы точно знаем, что здесь есть четыре комнаты с зеркалами, каждое из которых стережет мертвец. Но комнат-то гораздо больше, а мы их не изучали, заходили только в те двери, которые вели в коридоры.

– Что именно ты надеешься там найти? – нахмурилась Юля.

София только развела руками, но Диане ее идея все равно понравилась.

– Я хотела бы найти кровать с теплым одеялом, – призналась Кристина, обхватывая себя за обнаженные плечи и растирая их руками. – Или, черт с ним, хотя бы просто одеяло. И чашку горячего чая. Замерзла до жути…

– А я хотела бы найти книгу заклинаний или хотя бы нужную страничку из нее, – вздохнула Диана. Мечтать – так по-крупному. – Как тогда в шкатулке. Вероятно, зеркала все же могут быть дверью, но надо что-то сделать: прочитать заклинание или провести ритуал…

Она запнулась и посмотрела на Софию.

– Постой-ка… Значит, это не ты положила ту страницу в шкатулку? Не ты подсказала нам, как заманить в нее демоническую сущность?

София только удивленно приподняла брови, явно не понимая, о чем идет речь.

– Конечно, не она, если прошедших трех лет для нее не существует, – заметила Юля тихо.

– Интересно, кто же тогда это сделал? – пробормотала Диана задумчиво. – И зачем?

– Ладно, пойдемте, что ли, и вправду поищем по комнатам чего-нибудь полезного, – решила Кристина. – Стоять на месте без дела действительно невыносимо!

7 июля, среда

г. Шелково

– Так, отлично, наших самоубийц я тоже нашел!

Соболев даже в ладоши хлопнул от радости, и Савин от неожиданности испуганно вздрогнул, слишком глубоко погрузившись в свое чтение.

– Точнее, подходящих кандидатов, – добавил Соболев, когда Савин встал со своего места и подошел к нему, чтобы взглянуть на находки. – Но если вероятных висельников у нас трое, то парень, сам себе перерезавший горло, только один. И, что самое интересное, сделал он это перед зеркалом.

– Какой странный способ самоубийства, – хмыкнул Савин, хмурясь. – Почему у зеркала? Чтобы лучше видеть процесс?

– Здесь указано, что, по словам родственников, парень увлекался оккультизмом. Судя по антуражу места происшествия, он, вероятно, проводил какой-то ритуал. Делал он это в старом деревенском доме своего деда. Была даже версия – у родственников, опять же, – что он кого-то пытался вызвать и все-таки вызвал. Вот это нечто его и убило.

– Серьезно? – Савин недоверчиво посмотрел на него.

– Дело было в конце девяносто второго года, – пояснил Соболев, едва заметно пожав плечами. – Люди тогда во что только ни верили.

– Это да… А что там с висельниками?

На это Соболев ничего не успел ответить: зазвонил его смартфон, высвечивая на экране имя Карпатского.

– Да, Слав! Что у вас там? Удалось выяснить что-нибудь интересное?

– Более чем, – хмыкнул в трубку напарник. – По адресу старушки ныне проживает ее как бы внучка Мария, поскольку сама старушка померла еще двенадцать лет назад.

– Почему как бы внучка? – не понял Соболев.

– Потому что под ее именем проживает как бы погибшая семнадцать лет назад Оксана Дрозд. Она, конечно, утверждает, что Мария сама случайно устроила пожар в ее комнате и сгорела, а она только воспользовалась случаем, выкрасила волосы в черный цвет, вставила линзы, чтобы глаза были карими, и отправилась к бабке с тем письмом, но я почти уверен, что все было не так.