Ну, довольно прохлаждаться. Сейчас я должна написать письмо госпоже из Совета, затем посмотреть отчеты о попавших в мои владения деревнях, а потом…Ох, ну надо же. Из головы вылетело. Безусловно, к подобной ответственности меня подготавливали с самого детства, и первые дни мне нравилось чувство относительной свободы, нравилось управлять чужими жизнями, нравился свой личный кабинет, нравилась так называемая «взрослая жизнь» настоящей госпожи, состоящей в Совете по вопросам культурной сферы. Но теперь все это начинало давить. Чем больше становилось дел, тем больше я думала о том, как прекрасно, когда на тебе не висит ответственность. Думаю, если бы не Валефор, то я бы даже ночами не спала.
Ах, вспомнила. Самое важное и забыла. Сегодня вечером приедут главы Опалового Клана и Изумрудного, чтобы отдать последние подарки и еще раз поздравить молодоженов. Нам с Валефором придется изображать из себя довольную пару и особенно мне, ведь на торжестве будет Табрис. Хочу показать, как я счастлива и без него.
Как только я зашла в кабинет, в дверь постучали. Сев за стол, я позволила гостю войти. Им оказался Альфинур, несший на подносе ароматный чай с какими-то пирожными. Он счастливо и широко улыбался, и я мысленно поблагодарила судьбу за то, что они решили прийти работать именно ко мне. Эти двойняшки действительно грели мне душу, воодушевляя одним лишь своим видом. Вчера Айе без какого-либо приказа принесла мне отвар с ромашкой, который, как известно, помогает справиться с переутомлением и восстановить силы. А недавно они подали мне медовый тортик, что буквально растаял у меня во рту! Я давала им советы, а они совершенствовались с каждым днем. Даже серьезная и хмурая Айе начала скромно улыбаться, принося мне лечебные напитки и постоянно спрашивая о моем самочувствии. Видимо, взявшись за все сразу, я с непривычки не рассчитала силы и теперь мучаюсь, перебарывая собственную лень.
— Ого, пахнет невероятно вкусно! — я искренне обрадовалась и отодвинула со стола стопку уже ненужных книг. — Ставь сюда. Да-да. Садись-садись, давай попьем чай вместе.
Альфинур смущенно покраснел и быстро замотал головой.
— Госпожа, я не имею права…
— Имеешь, ты мой повар. Считай, что на дегустации.
Его лицо стало таким же по цвету, как и его волосы, но он все же сел, не решаясь притронуться к чашке, которую я ему налила. Да, с моей стороны это не очень компетентно, ведь со слугами так себя не ведут, но я хочу отблагодарить его за все, что он делает.
— Тот цветок был очень вкусным! Ты настоящий ученик своего учителя!
— Я так рад слышать от вас это, — Альфинур улыбнулся и наконец сделал глоток, — сегодня я видел портрет вас и вашего мужа. Прекрасный холст! Художник смог передать всю вашу красоту!
— Что ж, благодарю, — перед глазами всплыло то лицо Валефора. — Но, я думала, что картина будет гораздо меньше.
— Сейчас в моде большие произведения. Стоит признать, они производят неизгладимый эффект!
— Да, но они такие громоздкие.
Мы проболтали час. Об искусстве, о шахтах, о предстоящем визите Императриц. Казалось, Альфинур мог поддержать абсолютно любую тему! Любая дискуссия была ему по плечу, он был очень хорошим собеседником и всегда внимательно слушал все, что я ему говорила. Он…Напомнил мне Табриса, который всегда был добрым, заботливым и верным. Как мне тогда казалось…Понимаю, нельзя всех под одну гребенку грести, но больше ошибок совершать я не хочу. С Альфинуром тепло рядом, и я надеюсь, что мы станем друзьями. Не стоит расшифровывать эту теплоту иначе.
Когда он ушел, я взглянула на часы и вскочила со стула. Совсем забыла про время! Всего три часа до начала торжества, а я совершенно ничего не сделала! Вот так юная хозяйка! Благо, Цейхан оказалась во сто раз ответственнее меня, и, когда я впопыхах выскочила из кабинета, она молча повела меня переодеваться.
Моя мама выглядела счастливой. Она громко смеялась и активно жестикулировала, рассказывая присутствующим какие-то истории. Поданные моими поварами блюда произвели неизгладимый эффект, и я с удовольствием выслушала похвалу в умении выбрать работников. Иараль часто оборачивалась в сторону, где мы с Валефором сидели, и в этот момент я понимала, что её очередной рассказ обо мне. Она любила истории о том, что я вытворяла в детстве, меня же это сильно смущало, пускай я ничего и не слышала в этом гуле.
