Ну, вот, теперь они думают, что я хочу уйти. Почему они так остро реагируют на это? Не потому ли, что когда-то одна из посланниц Совета нажаловалась на эту шахту? Я тяжело вздохнула и вновь развернулась к туннелям, ведущим дальше в шахту. Надзиратели позади меня наконец выпрямились.
Однако, спустя десять минут ожидания мне действительно захотелось уйти. Цейхан одобрительно кивнула, увидев на моем лице нетерпение и злость.
— Простите, но я не могу более ждать! Я возвращаюсь!
— Госпожа! Пощадите нас!
— Почему я должна тратить св…
Из какого-то туннеля донесся гул. Топот. Не одного человека, и не десяти. Это была шумящая толпа, которая бежала сюда. Мне стало так страшно, что я инстинктивно рванула назад к проходу, вот только в тяжелых платьях особо не побегаешь, да и толпа внезапно высыпалась из всех туннелей разом, окружая нас с разных сторон. Меня и Цейхан тут же заслонили стражи. Надзиратели ошарашено смотрели по сторонам, сбившись в одну кучку. Вокруг нас стояли сотни работников. Оборванных, тощих, избитых и злых. Они держали в своих руках кирки, молотки и большие щипцы, коими обычно орудуют кузнецы. Восстание?
— Да как вы… — это произнес кто-то из надзирателей, но я их уже не видела. Я слышала лишь крики, которые те издавали, стоило толпе накинуться на них со всей своей злостью. Цейхан грубо отворачивала меня в сторону, чтобы я не видела того, что там происходит. Но этих криков мне было достаточно, достаточно, чтобы побледнеть и представить собственную участь. Я не банши, я не могу использовать свой голос, как атакующее заклинание. Неужели они сделают со мной то же самое?! Нет! Я съежилась в комок, когда стражи стали вокруг меня еще теснее, выставив вперед мечи. Цейхан схватила меня за руку, она хмурилась, но была спокойна.
— Госпожа, нам ничего не угрожает. Подумайте сами, если они убьют нас, то и их тоже сразу убьют!
— По ним видно, что им нечего терять… — пискнула я, но Цейхан крепче сжала мою руку.
— Успокойтесь, вы же наследница Изумрудного Клана. Наверняка, сейчас они начнут у вас что-то требовать. Просто согласитесь с их требованиями.
Я едва заметно кивнула. Если это действительно так, если нас не убьют…Да, конечно, они потребуют свободы! Я дам её им, лишь бы только уйти отсюда…
Криков больше не было. Гула тоже. Из толпы нам навстречу вышел хромой громила с перекошенным лицом. Стражи приняли боевую стойку.
— Эй…Госпожа, отзови этих ребяток вооруженных, вы все-равно не в выигрыше. Не будете рыпаться, уйдете отсюда живой.
Императрица, императрица, императрица…Повторяла я про себя, как сумасшедшая, пытаясь этим словом вернуть себе уверенность. Её я так и не вернула, ноги подкашивались, но я вернула осанку и маску благородства и спокойствия. Я не буду вести себя как напуганная девчушка из села.
— Вот оно как. Тогда, полагаю, выбора нет. Но, помните, вы дали слово.
— Рад. Убивать женщин я не люблю.
Меня усадили в какую-то каморку, где вся мебель — лавка, полка и тумба — была выдолблена из камня. Единственным украшением здесь было потускневшее пыльное полотно с геометрическими узорами. Я начала немного замерзать, а потому, будто невзначай, пощипывала холодные кончики пальцев. Все-таки я всю жизнь прожила в тепле, и пронизывающая тело дрожь была для меня так же необычна, как и для северянина песок. Рядом со мной, держа осанку, гордо восседала Цейхан. Мне бы стоило поучиться у нее выдержке, на её лице не было ни капли страха. Мои же коленки предательски дрожали, когда я каждый раз бросала взгляд на сидящего передо мной перекошенного мужчину. Внешне он был отвратителен. Квадратное лицо, тусклые серые глаза, сальные волосы, прилипающие к его большому лбу. У него был тремор подбородка, и сам мужчина очень сильно и громко кашлял, даже не прикрывая рот рукой. Только сейчас я заметила, что вместо голени правой ноги у него была простая палка. Я не хотела с ним разговаривать, он выглядел подобно настоящему маньяку, у которого неизвестно что на уме, поэтому я постоянно отводила глаза, делая вид, что рассматриваю каменную стену.
Мужчина вновь сильно закашлялся, и я увидела, как Цейхан презрительно скривила рот.
— И долго вы будете молчать? — заговорила она, вскидывая подбородок и щуря глаза. Хороший вопрос, ведь мы сидим здесь с ним уже минут двадцать без стражи.
Шахтер собрал в рот слюну и смачно выплюнул её в сторону. Я вздрогнула и прикрыла глаза. Отвратительно.
— Столько, сколько нужно…
— Моей госпоже здесь холодно, я требую, чтобы вы выпустили нас.
— Да не уж-то? — мужчина закашлялся и почесал подбородок своими искривленными грязными пальцами. — Хотите по шахте погулять? Среди отморозков, что хотят запихнуть в эту красотку свои причиндалы? — он небрежно кивнул в мою сторону. Меня затошнило только от одного представления о том, что эти люди прикасаются ко мне. — Я вас тут охраняю сижу, пока остальные письмецо вашей семье пишут…
— Зачем вам это… — произнесла я тихо, обнимая себя руками. Становилось все холоднее.
