Я сидела и смотрела куда-то в темноту улицы. А видела перед собой не горящий фонарный столб, а ребят, сидящих на блоках, и девочку в джинсовой рубашке с ними. В такой до боли знакомой рубашечке…Это ведь мы ее вместе купили в том году. Катрин так долго хотела ее найти, и в итоге пришлось заказывать через интернет-магазин. Если бы не эта часть ее гардероба я бы даже не узнала сейчас подругу. Высокий хвост, хотя я прежде никогда не видела ее с собранными волосами. Всегда только распущенные волосы, даже на физкультуре. Тренерша за это часто ругала ее, но каждый раз Кэтти находила новые отговорки.
— Да пошли, не заметно проскочим. Зато так быстрее дома будем, и быстрее в отцовский бар залезем, — заговорщицки подмигнул Том.
Мы действительно добрались домой быстрее, сэкономив почти полчаса, но вот только желаемой радости мне это совершенно не принесло, в отличие от Тома. Паренек подливал себе уже в третий раз коньяк и был в просто превосходном настроении. Шутки и всякие истории лились как из рога изобилия, вот только я совершенно не слышала ничего. Наверное, надо было вернуться и точно удостовериться, что это была Катрин. Может я обозналась, расстояние ведь такое большое было, да и лица я не видела. Может просто похожая девушка. Ну, а рубашка, мало ли еще таких рубашек в мире. Хотя я прекрасно знала, что мало. Но поверить в то, что там, на пустыре, была моя Катрин, было просто невыносимо сложно. Я все искала какие-то ниточки и зацепки, чтобы уверить себя в том, что я перепутала, но все напрасно. Ну вот зачем, зачем она туда полезла? Ее неуемное желание чего-нибудь остренького привело ее в итоге к неприятностям. Я все думала о том, что если бы мы не пошли тогда в Риджано, то не встретили бы Хэдера, и она не рассказала бы мне о своей влюбленности. Это она, наверное, после нашего разговора решилась действовать. Ведь до этого Катрин ни взглядом, ни словом не выдавала своих чувств. Зря я ее тогда одну оставила и пошла домой другой дорогой. Быть может именно в тот момент в ее голове и родилась безумная идея пойти к этим ребятам. Неуместно в голове стали возникать картины возможного продолжения знакомства. Она ведь сама пришла к Хэдеру, что теперь мешает ему сделать с ней что-то? Абсолютно ничего. А если ко всему этому прибавить еще и невероятное обаяние Катрин, то вечер точно обещает быть жарким.
Резким движением забрала у Тома бутылка и хлебнула прямо из горла.
— Фуу, как ты это вообще пьешь? — скривившись и закашлявшись, проскрипела охрипшим голосом.
Но крепкий алкоголь не помог. Я все так же думала о произошедшем пару часов назад. А может вчерашний вопрос про номер Катрин был не просто так, чтобы мне нервы пощекотать, а это именно Хэдер после вчерашнего начал действовать. Осознавать это было так же неприятно, как и то, что подруга оказалась на пустыре по собственной воле. На душе было так паршиво, что хоть вой. Надеюсь, что хоть кто-то сегодня вечером счастлив.
Кэтти всегда была видной и харизматичной девушкой, умеющей окрутить почти любого парня. Я же наоборот, была просто миленькой девчонкой, цепляющая спокойным нравом. Правильно меня Хэдер мышью называет. Тихая серая мышь, дружащая с заводной игривой кошечкой. Так что даже если Хэдер сам проявил инициативу и притащил ее на пустырь, она своего шанса очаровать его точно не упустит. Что она там говорила, что именно такого мужика она всю жизнь ждала. Вот видимо и дождалась.
Честно говоря, с Катрин мне в ближайшие пару дней пересекаться точно не хотелось. Она вроде бы и поступила честно, рассказала о своих давних чувствах и потом начала двигаться к своей цели, но я все равно была зла на нее. Сама не могу объяснить себе причину этой неприязни и обиды, но меня как будто обжигает изнутри. Мы ведь были подруги, и она, прежде чем отправляться в их логово, могла бы и со мной это обсудить, а не лететь бездумно на огонь, опаляя крылья. Хотя может быть она бы и рассказала, не убеги я тогда. Получается, сама же я во всем и виновата, но признать вину мое сознание отказывалось, ища вокруг провинившихся.
Так я и уснула, сидя у окна, забравшись с ногами на стул и положив голову на подоконник. Хорошо, что утром никуда не надо было идти, хотя даже если бы с утра и были пары, я бы их сама себе и отменила. Учеба была сейчас на самом последнем месте моих мыслей.
Проводив Томми в аэропорт, я вернулась домой и не выходила на улицу все выходные. Даже телефон отключила, а чтобы папа не задавал лишних вопросов, прикинулась больной. Так гляди и в понедельник разрешит дома остаться. Но, увы, это были лишь мои мечты, а на самом же деле, он меня подкинул в понедельник утром на учебу, заботливо собрав с собой фруктов.
С каждым шагом по коридору ноги становились все более ватными. И спроси меня сейчас кто-нибудь «хочу я, чтобы моя парта была пуста или занята?», то я ни за что не ответила бы на этот вопрос. Это была именно та ситуация, когда любой из вариантов болезнен. Но я, потоптавшись еще с минуту у дверей аудитории, параллельно включая смартфон, все-таки прошла внутрь.
