Вера не услышала, не увидела, а почувствовала, как мимо ноги проскользило тело Роланда. Парнишка не шевелился, не помогал тащившим его людям, но глаза были открыты и взгляд осмыслен. Роланд смотрел на Веру и понимал то, чего еще не заметили и не осознали люди, толпящиеся в коридоре. Слезы катились по щекам женщины, она не могла сделать ни единого движения, не могла уйти в сторону, не могла контролировать свое тело.
Роланд понимал, что женщину заставят войти внутрь, и она останется в этой комнате навсегда. Чем-то она заинтересовала детей. Ни один человек за все время не вызвал в них столько живого интереса, сколько эта женщина. У Веры была только одна надежда, что Роланд сможет ей помочь прямо здесь и сейчас. Эти двое, Вера и Роланд, за одно мгновение смогли понять, оценить ситуацию и принять решение. И для этого им даже не понадобились такие способности как телепатия.
Неподъемной, бесчувственной рукой Роланд схватил женщину за ноги, от чего она повалилась на землю, словно сбитая кегля. Уже в полете Вера потеряла контроль не только над телом, но и над разумом, поэтому не почувствовала боли от падения на жесткий пол. Она попыталась подняться, чтобы войти обратно в комнату, но Роланд крепко держал ее за ноги. Еще немного и он был за пределами комнаты ужасов и вне зоны воздействия. Импровизированный металлический крюк больно царапал кожу на плече Роланда. Какое счастье, что он был в состоянии ощущать эту обычную боль! Какое счастье, что он был в сознании и ясной памяти!
-Тащите ее, она под воздействием… - К Роланду очень вовремя вернулся голос. Он был хриплым и совершенно неузнаваемым. Вера все еще находилась перед распахнутой дверью, поэтому всеми силами пыталась вырваться из слабеющих рук подростка.
Казалось, голос долетал до людей медленно и неохотно, а доходить до их сознания и вовсе не собирался. На лицах застыли удивление и растерянность, движения стали заторможенными и тяжелыми. Возможно, происходящее выглядело замедленным только в искаженном восприятии Роланда, но Вера по-прежнему лежала поперек раскрытого входа в камеру, и никто ей не помогал. А она между тем начала медленно ползти в сторону комнаты и только объемный живот не позволял ей преодолеть этот путь за считанные секунды.
Влад очнулся первым. Несмотря на то, что каждый был готов к неожиданностям и находился в боевой готовности, новость о беде с Верой застала всех врасплох. Люди были слишком сосредоточены на парне, которого общими усилиями тащили на довольно хилой палке с ненадежным крюком. Влад резко вытянул руку и, немного наклонившись вперед, схватил женщину за ногу. Волна боли опалила лицо и грудь, граница воздействия казалась осязаемой, как будто натянутая в воздухе сетка. Часть коридора напротив открытой двери превратилась в продолжение камеры. Почему она не распространяется дальше, ведь блокирующие экраны находятся чуть дальше по коридору? Почему граница не размыта, а так четко очерчена? Все это предстоит анализировать позднее, а сейчас нужно закрыть дверь и отрезать этот ужас специальным экраном. Теперь очевидно, что экран работает и весьма исправно.
-Они хотели моего ребенка…, хотели мою девочку, во что бы то ни стало. – Вера уже пришла в себя и сидела на полу. Она все никак не могла осознать, какой трагедии ей чудом удалось избежать. Роланд, которого усилия по спасению Веры полностью вывели из строя, сейчас находился в мини-реанимации. Он был действительно плох.
-Верочка, я же вам говорил, что это была плохая отвратительная идея. Почему вы так упрямы и не слушаете меня? Теперь вы имеете дело не с романтичным наивным Кузей…, эти дети монстры. И мы виноваты в этом, мы их сделали такими… - Карбовски от волнения стал задыхаться. Слишком много переживаний за последнее время для такого пожилого человека.
-Вы слышите, что я вам говорю? Теперь они не оставят меня в покое. Никогда! – Вера схватилась за голову и начала раскачиваться из стороны в сторону, от чего огненные волосы переваливались с одного плеча на другое. От падения ныло все тело, а ребенок в животе вел себя подозрительно неподвижно. - Как вы собираетесь с ними общаться? Они ведь всех будут уничтожать. По-моему, с ними невозможно говорить. Что делать?
-Не паникуй. Мы обязательно что-то придумаем. Посмотри сколько светлых голов? А какие герои?– Энри, который все время молчал и оценивал ситуацию со стороны, решил, наконец, что ему пора вмешаться. В тот момент, когда Вере нужна была помощь, Энри не оказалось рядом, и он смог стать спасителем Веры, хотя отдал бы за такую возможность полжизни. Эта женщина завораживала и подчиняла его себе, он не мог сопротивляться ее чарам, ее глазам, волосам…. После смерти Кузи он ощущал себя в полной мере ответственным за ее жизнь и счастье.