-Антра умерла. – Это с другого конца лагеря подал голос Карл, муж Антры.
Веселье Сафида испарилось как по мановению волшебной палочки. Опять навалились усталость и непонятная тоска. А тут еще на небе стали появляться знакомые неприятные тучи. Значит, пойдет соленый дождь… и может быть, они вновь недосчитаются нескольких товарищей. Интересная получается картина - деревья, приносящие столько смертей, могут в одночасье превратиться в спасителей и добытчиков пищи. Эдакие одомашненные, прирученные хищники. Так часто бывает, то, что представляет самую большую опасность, на деле оказывается самым важным и необходимым.
-Нет, в таком лесу жить нельзя. Надо искать другие места. Не может же вся планета быть сплошным лесом, ведь в разных широтах должен быть разный климат. Может где-то не будет так жарко? Только придется очень долго идти, чтобы стали заметны изменения. Хорошо бы они были в лучшую сторону. – Карл разговаривал сам с собой, а по щекам катились слезы.
ГЛАВА 2
1.
«Цезарей обычно убивают друзья. Потому что они враги».
(Станислав Ежи Лец.)
-Мне кажется, они ведут себя так агрессивно из-за… твоей дочери. – Голос Энри звучал тихо и задумчиво. Это новое место работы ему совсем не нравилось. И хотя прошло уже почти два месяца, с тех пор как он стал работать в этом центре, Энри так и не привык ставить опыты на детях. Правда, опыты были скорее вынужденными, и не являлись болезненными или мучительными для испытуемых. Они всего лишь пытались найти с детьми общий язык, а находили только одни неприятности… и потери.
-Мы бьемся здесь уже добрых два месяца, а результата ноль! Знаешь, что мне все это напоминает? То, что происходило в нашей психиатрической клинике, когда мы искали причины несуществующего заболевания странных пациентов. И что самое интересное, причина тупиковой ситуации, по сути, в обоих случаях одна и та же. Мы не можем понять, откуда это взялось и что означает, а главное, что из этого будет следовать. Просто тупик, стена…
- Догадаться что последует, если мы не сможем сделать свою работу не трудно. Даже если мы сделаем то, что должны и договоримся с теми немногими ребятами, что есть еще в нашем распоряжении, мы никогда не сможем держать под контролем всех мутантов. Их едва ли не больше людей. А как мы сможем повлиять на человечество, жаждущее крови? Никак!!!! Люди просто обезумели, и боюсь, именно это спровоцирует полномасштабную войну. Сейчас нас от хаоса спасает только то обстоятельство, что мутанты, в своем большинстве, не достигли зрелости. Но взрыв очень близок. – Энри устало потер глаза и ласково улыбнулся женщине на кровати. Лицо Веры исказила очередная родовая схватка. Процесс шел своим чередом, но даже сейчас молодые люди были не в состоянии сосредоточиться на таком важном деле как рождение ребенка. Разговор все время перескакивал на детей-мутантов. В этом не было ничего удивительного, ведь ожидалось появление еще одного необычного ребенка. Уникальность ситуации была только в том, что ребенок этот был женского пола. Это могло стать чем-то исключительно важным…, или… ничем не стать. Никто не знал ответов. Людям не приходилось видеть мутантов женского рода.
-И все-таки, мы обязаны найти причину…, почему только мальчики? Мне кажется, поняв причину отсутствия девочек-мутантов, мы смогли бы многое объяснить... – Вера не замедлила продолжить разговор, как только боль стихла. – Может быть, появление малышки нам сможет хоть что-то объяснить? Мне уже надоела эта длительная процедура, не могу дождаться, когда увижу ее личико, надеюсь, она будет очень похожа на Кузю. До сих пор не могу спокойно вспоминать о его смерти. Это так ужасно и несправедливо…, думаю, Кузя, сам того не понимая, дал нам ключ к этой загадке, ключ в лице мое девочки. А-а-а! – Вера скорчилась от боли и, хватая ртом воздух, начала громко стонать.
-Как ты себя чувствуешь? Тебе помочь?
-Кажется, наконец-то, что-то серьезное, а то я устала дожидаться. Теперь уже скоро. Зови врача. О-о-о, как больно. Быстрее, а то он может и опоздать! Господи, почему мне никто не сказал, что это так больно и так до-о-олго…
-Ты сама выгнала врача, он с тех пор все время прячется за дверью, ожидая, когда тебе надоест изображать из себя мать Терезу. Так что, ты сама можешь его позвать. Только, пожалуйста, не кричи так, а то у меня мурашки по всему телу. Я этого не выдержу, и мне придется нарушить свое слово и бежать с поля боя. – Энри взволновано улыбнулся. – Я понимаю как тебе тяжело, да, да, не только физически, вся ситуация слишком тяжелая…, а еще ты все время вспоминаешь Кузьму. Я все понимаю, но мне так трудно видеть твою верность мертвому человеку. А ведь он и человеком-то не был…
-Не смей так говорить! Он был гораздо больше человеком, чем большинство тех псевдолюдей, которые устраивают сегодня травлю на детей. Мы просто загнали их, как зверей в угол, и они вынуждены защищаться… и они это умеют. Мы сами их этому научили.