-Нет никакой борьбы! Вы что не понимаете, что мы уже проиграли? С кем вы собираетесь бороться? С чудовищами, которым не в состоянии даже посмотреть в глаза или о чем-то договориться? А за что? За тех дураков, которые и сейчас сидят за своими иллюзорами? Нам нужно добиться временной отсрочки и бежать с этой планеты к чертовой матери. – Доктор Штольц стремительно ворвался в разговор, и только когда все собравшиеся повернули в его сторону удивленные взоры, он представился собеседникам. Большинство участников разговора не были знакомы друг с другом, и им приходилось преодолевать это упущение прямо по ходу разговора. Собравшиеся представляли собой две независимые группы ученых, одна была с самого начала связаны с изучением феномена детей-мутантов и вторая, которые занималась все последнее время только перспективой колонизации других миров. Объединяла этих людей сегодня общая опасность и способность здраво видеть ситуацию. Для этого они и собрались в таком составе и в этом наиболее безопасном месте.
-Нет смысла спорить, каждый видит ситуацию по-своему. Мы должны выстроить общую линию событий, чтобы понять, чего хотят, в конце концов, добиться наши враги. Понять кто они, как сюда попали. А потом оценить, что мы в этой ситуации можем предпринять. И времени у нас уже нет, оно работает только на них. Никто не знает, где и когда они нанесут следующий удар. – Карбовски важно посмотрел на Хасида Петровича, признавая в нем равного коллегу. – С вашего позволения попытаюсь посвятить, насколько мне позволят имеющиеся в моем распоряжении данные, в ситуацию моих коллег из Сомата. Знаю, что они были слишком заняты, чтобы следить за происходящим в режиме реального времени… Нет, нет, я ни в коем случае не пытаюсь никого ни в чем упрекать.
-Шеф, только не надо лишних подробностей, надо бы скорее перейти от слов к делу. – Вера нетерпеливо повела плечами, думая о своей новорожденной дочери, которая под присмотром няни находилась за стеной, в соседней комнате.
-Верочка, может, вы изложите ситуацию короче и яснее? У вас ведь такая светлая голова…
-Ни дня не прожить без ваших нападок! Что ж, попытаюсь обобщить все, что знаю…, а знаю я, пожалуй, больше всех и, как бы это выразиться поточнее…, не совсем с общепринятой точки зрения. Думаю, все присутствующие должны об этом узнать прежде, чем ознакомятся с моей позицией. Я была за мужем за одним из инков и у меня родилась дочь от этого брака...
В зале повисла заметная напряженность, ведь добрая половина и не представляла, что в их стане есть лазутчик врага. А именно так в первую очередь хотелось трактовать поведение женщины.
-И в чем здесь необычность? Как раз типично. Только не понимаю, что вы делаете здесь? Ведь и ваша дочь с вами, не так ли? – Незнакомый мужчина с вызовом посмотрел на Веру, но она именно такую реакцию и пыталась вызвать, чтобы с самого начала расставить все точки над и. Только так можно было заставить прислушаться к себе и не оттолкнуть от своей дочери, ведь теперь она была вынуждена учитывать также и ее интересы. А Вера отказывалась воспринимать своего ребенка, как чудовище и врага человечества. К тому же у нее на это были объективные причины: если инки хотят уничтожить ее ребенка, значит, она чем-то им угрожает, и не воспользоваться этим было бы неразумным, преступным.
-Я здесь, потому что я человек, так же как и вы, я надеюсь? Сейчас нельзя поручиться ни за одного из нас… и это еще одна проблема на нашу голову. Мой муж был не вполне нормальным инком…, он был скорее человеком, чем инком. По правде говоря, он сам не понимал, кто он и что с ним происходит, но мое к нему отношение сделало его человеком. Именно поэтому другие инки его убили… - Вера опустила голову, перед глазами встала ужасная картина смерти любимого. Сделав над собой усилие и приняв молчание аудитории за согласие слушать, Вера продолжила. – Также они несколько раз пытались уничтожить моего ребенка, что делает его нашим союзником скорее, чем врагом. Думаю, все дело в поле ребенка. Это девочка и в этом есть какая-то угроза для инков. С этим придется разбираться и не без ваших умных голов, господа.
Все были немного обескуражены таким поворотом разговора и теми новыми обстоятельствами, которые теперь были известны всем присутствующим. Это было любопытно, но не прояснило ситуацию, даже напротив, запутывало.
-И что это нам дает? – Все тот же непримиримый мужчина вступил в спор с Верой, он по-прежнему был настроен очень враждебно. Его усы смешно топорщились, а губы, словно у рыбы попавшей на воздух то раскрывались, то вновь захлопывались, при этом поразительным образом сохраняя форму буквы о. Этот смешной рот контрастировал с жестким выражением глаз и сведенными к переносице бровями. Именно это несоответствие, делало его похожим на талантливого комика во время работы.