Рабочий корпус ускорителя представлял собой большую приземистую железобетонную коробку без особых архитектурных изысков. Небольшая часть огромного комплекса: кольцевой тоннель, откуда выводился пучок высокоэнергичных частиц, пересекал государственные границы. Здесь в рабочем зале импульсы излучения достигали цели — на оси луча ставились мишени и регистрирующие детекторы.
У входа в корпус уже кипела работа: Войцех и Марио доставали главный блок установки из кузова грузовика, припаркованного на наклонной площадке. Ловушка для темной материи монтировалась на массивной раме, сваренной из стального профиля. Тяжелый аппарат погрузили на тележку и по наклонному пандусу вкатили в зал под вопли Гозмана на русском и английском языках.
— Осторожнее! Грохнете — пришибу! Я вам покажу кузькину мать, обезьяны косорукие!
Михаил был в своей стихии: энергично размахивая руками, он руководил подготовкой эксперимента.
— Славка, мисс Пак! Привет! Вот и вы! Замечательно! Тащите кабель, а я пока с французским обормотом разберусь.
Гозман на английском языке начал объяснять здоровенному французу в потертой джинсовке, что установку надо подцепить портальным краном и установить напротив выходного окна ускорителя. Француз-крановщик что-то монотонно отвечал по-французски.
— Погодите, — вмешалась Пак Ма Ян. — Месье просто не понимает английского. Сейчас я ему переведу.
Выслушав кореянку, крановщик кивнул и полез по лестнице в кабину, которая могла двигаться по рельсам, установленным под крышей зала. Войцех подцепил крюк, и вскоре аппарат встал на место.
— Спасибо, мисс Пак, — немного смущенно поблагодарил Михаил. — Давно общался только с учеными, привык, что все английский понимают.
В кармане у Ростислава зазвонил мобильник. "Странно, кто бы это мог быть?" Высветившийся на дисплее номер не был знакомым.
— Hello! This is dr.Velyaminov…
— Славка, ты что ли?
— С кем имею честь?
— Да Вася я, Никитин.
