— Нет… Как такое может быть? Откуда ты столько о нас знаешь? Почему улучшил ритуал, если хотел навредить? Я ничего не понимаю… — одержимая мотнула головой, после чего указала на юношу пальцем, — Тебе повезло. Теперь я хочу тебя допросить, так что поживёшь ещё. Лилечка, взять его! А я пойду и поскорее проведу ритуал, пока гости не начали что-то подозревать.
Однако вместо того, чтобы послушаться, дева-цветок скрылась в своих лепестках, словно в коконе.
— Что ты сделал? — прошипела Морья, проявляя хвосты, — Говори! Пока я не разорвала тебя на куски!
— Как знать, — пожал плечами Мирослав, доставая меч из кошеля и опустошая флакон с эликсиром потентности живы, — Одолей меня, тогда расскажу!
— Нет. Я передумала. Ты умрёшь сейчас!
Подвал заполнил непроглядный туман. Мирослав призвал облачение пастуха и принялся вертеть кнутом вокруг себя, как и в хуровой роще. Но на этот раз ничего не вышло. Однако он продолжил вращать оружием, чтобы Морье было сложнее подойти незамеченной.
Стоило юноше почувствовать касание, как он обвил одержимую кнутом и сделал выпад мечом. Но сопротивление тут же исчезло, и удар пришёлся в пустоту. Вокруг него сразу отовсюду донёсся смех.
— Гляди, какой! Думал, всё будет так просто?
Мирослав едва успел отразить колющий удар вил, которые появились почти из ниоткуда. Техника взора тоже не помогала. Туман полностью скрывал хозяйку. Коса. Меч. Стрела. Цеп. На юношу с разных сторон обрушивались удары, чем придётся. Лишь комбинируя вихрь, созданный кнутом, и оборону мечом, ему кое-как удавалось защищаться. Даже ослабленная ритуальным кругом Морья оказалась очень сильной и осыпала его атаками со всех сторон, словно бы её было сразу с десяток.
«Помню. Тогда всё было так же. Только масштаб куда больший. Она атаковала тысячами иллюзий, а я косил их, словно траву в поле.»
Мирослав вдруг почувствовал касание множества рук. Они скользили даже не по коже, а словно бы под ней, впиваясь ногтями в мышцы. Руки тянули, толкали, рвали, комкали, причиняя ужасную боль. Укрепление, применяемое юношей, словно и не оказывало никакого эффекта. Он выронил меч, а облачение развеялось.
— Ты думаешь, что мы тебя предали? — голос, который он услышал у себя за спиной, был очень знакомым, но вместе с тем таким далёким, что юноша не мог вспомнить, кому тот принадлежал.
— Но разве не ты предал нас?
— Конечно ты!
— Ты! Ты!
— Тебе пора вновь умереть!
Звуки голосов сами по себе причиняли боль. Причём каждый по-своему. В прошлом подобные чары почти не оказали эффекта на Пересвета. Ведь он являлся непоколебимым героем, а за его спиной стояли друзья. Однако для Мирослава всё было иначе.
— Эх ты, княжич! — звонкий голосок Малины ощущался как удар стальным кулаком.
— Треклятые поляне с соломой в голове, — хриплый Окомир был подобен острой сабле.
— Дери тебя леший, — басистый Духовлад рвал его когтями.
— Дурачина, — мелодичная Горислава была пламенем.
— Разочарование, — тихий и холодный Хотен проедал ядом.
— Одни беды от тебя, — бархатистый голос Цветаны впивался шипами лоз.
Его братья по оружию. Его друзья. Его семья. Его убийцы.
Шестеро кружили вокруг в жутком хороводе, терзая разум и плоть Мирослава. Сквозь боль нахлынули воспоминания, а с ними и вопросы.
«Как они могли предать меня? Какое оправдание нашли для себя? Верили ли они в свою правоту? Были ли все шестеро заодно? Могло ли всё обернуться иначе? Была ли в том моя вина?»
— Ты должен был умереть и не возвращаться! — хором вторили Шесть Императоров.
Мирослав ощутил меж лопаток касание чего-то острого. Чёрный клинок. Сама смерть, после которой ему уже не вернуться. Ещё мгновение и всё кончится.
— Прочь, поганый морок! — взревел юноша, резко извернувшись и перехватив клинок, а также призвав облачение кузнеца.
Мирослав подхватил меч, воткнувшийся в пол, и ударил в фигуру, меняющую облик с одного из его друзей на другого. Воздух задрожал и туман рассеялся. Морья отпрыгнула назад, зажимая рукой окровавленное плечо.
— Что ты сделал? Почему продержался так долго?
— Я изменил твой защитный круг, — ответил Мирослав, перехватывая меч поудобнее, — Слабость должна была накатывать постепенно, так что в пылу битвы ты этого и не заметила. Отдаю должное. Твоя сила ужасает, как и раньше. Даже осознавая ложность происходящего, очень тяжело держаться под таким давлением. Сражайся мы честно — я наверняка не успел бы остановить тот удар.
«Всё же я уже не тот…»
— Думаешь, что уже победил? — в руках Морьи появилось изогнутое чёрное копьё, — Просто я надеялась не только убить, но и сломить тебя! Похоже, что придётся просто прикончить!
«Тело всё ещё ноет от фантомной боли. Часть её настоящих ударов пробилась через укрепление, но ничего серьёзного. Бой только начинается!»
— И что значит «как и раньше», тебе-то откуда знать? — вдруг спросила она, — Хотя нет. Не хочу ничего знать! Тебе меня не запутать! Умри!
