— Хотел вас предупредить: на Летний бал обычно съезжаются все придворные, так что общество будет, — хмыкнул, — изысканное. Не обращайте внимания на сплетни и шуточки. А если учесть ситуацию с принцессой…
— А что с ней? — поинтересовалась я.
— О, это интересно! Лан тогда сказал насчет телохранителей, что будут с ней полосу препятствий проходить, помнишь? На самом деле она, разумеется, проходила ее в одиночку и… провалилась, в общем!
— И ее теперь отчислят? — спросил Кэл.
— Никто не знает. Отец говорил, что ректор собирается ее отчислить, но король убеждает его оставить принцессу в Академии, предлагая за это всевозможные привилегии!
— Не понимаю, зачем это королю, — задумчиво проговорила я и, увидев непонимание на лицах друзей, пожала плечами, — ну сами посудите! Для чего вообще нужны принцессы?
Рейн подавился смехом:
— Хорошо сказано! Наверное, для скрепления всевозможных союзов, тем более, что у королевской четы уже есть сын, наследник престола.
— Ну и кто женится на принцессе-магичке? Которая будет жить двести лет? Еще и неизвестно, какая магия у нее будет…
— А ты права, — протянул Кэл, — я бы на месте ее отца воспользовался случаем и забрал ее из Академии, заблокировав дар. Ведь если найдется умный и амбициозный негодяй, что сумеет с ней договориться, страна в крови потонуть может!
— Вот только король в это не поверит. Как же, любимая дочурка! А то, что она-то любит лишь себя, знают все кроме него! — фыркнул Рейн.
— Ладно, что нам за дело до принцессы? Пусть о ней король и ректор думают, а мы будем веселиться! — улыбнулась я ему.
К моему удивлению мы свернули не к зданию, в которое входили во время Зимнего бала. Заметивший мое недоумение Рейн пояснил:
— Летом открывают все двери, чтобы можно было входить и выходить через парк и наслаждаться свежим воздухом, так что тот вход попросту закрыт.
Через пару минут мы подошли к бальному залу. Сквозь распахнутые настежь двери лился мягкий свет магических светильников и звучала музыка — пока негромкая, словно фоновая. Меня вдруг охватило волнение, точно перед экзаменом: опасение, предвкушение, неясные предчувствия — все смешалось в моей душе. Впрочем, на лице ничего не отразилось: уж чему-чему, а этому меня на уроках этикета научили! Внутренне собравшись, я с легкой улыбкой на устах и с трепетом в душе переступила порог зала.
Мы скользили по паркету, сопровождаемые взглядами: удивленными, восхищенными, ненавидящими, заинтересованными, оценивающими… Похоже, наше появление не оставило равнодушным никого! Мы подошли к Лану и Сигни, что стояли чуть в стороне от остальных гостей. Подруга улыбнулась мне, подмигнув: даже она увидела мое платье только сегодня и долго ахала, восхищаясь. Впрочем, она выглядела ничуть не хуже: платье цвета чайной розы с глубоким декольте, высокой талией и с изумительной красоты вышивкой превращало подругу в сказочную принцессу, высокая прическа короной венчала голову, а довершала облик ажурного плетения золотая цепочка с кулоном из розового жемчуга — подарок Лана.
Через минуту я прервала соревнование в цветистости и неизбитости комплиментов, что устроили наши кавалеры:
— Друзья, мы вас тоже любим! Лучше скажите, Дойла кто-нибудь видел? И Тину?
— Дойл сказал, что зайдет ненадолго попозже, — ответил Кэл.
— А Тина как раз только что вошла, — улыбнулся Лан, — смотри.
Я повернулась, Тина шла рядом с Раяном, сияя от счастья. Бирюзовое платье летящего шелка с вышивкой серебряной нитью и серебристым кружевом превращало ее в смеющуюся нимфу. Они подошли к нам, весело улыбаясь.
— О, какой сегодня у нас цветник, — произнес Раян после приветствий и комплиментов, — надо же, самые красивые и умные девушки Академии! И да, я поздравляю вас всех с переходом на второй курс! Трудно пришлось?
Мы пожали плечами, Лан произнес:
— Нелегко. А на Боевом полосу препятствий проходят каждый год?
— Уже выбрали факультет? — улыбнулся Раян. — Да, каждый. Причем на старших курсах нужно еще и отбиваться от нападений, используя магию. Зато не нужно учить алхимию, скажу честно, я ее всегда ненавидел!
А мне алхимия нравится, — задумчиво протянула Тина, — ну да я и не боевик. О, а вот и музыка!
Снова мы собрались вместе после нескольких танцев, Раян спросил:
— Девушки, вина не желаете? Или мороженого?
— Мороженого? — мы с Сигни спросили это хором, я сглотнула слюну. Первый раз слышу, что в Аллирэне есть мороженое!
— Понятно, значит мороженое, — усмехнулся Раян, и обратился к Тине, — а тебе, радость моя?
— И мне тоже, — ответила та ему с нежной улыбкой.
— Тогда мне нужна будет помощь, я один столько не донесу!
Мороженое было восхитительным, казалось, даже в детстве я никогда не ела такого! Наверное, это была самая настоящая магия… Мы ели и весело болтали, когда вдруг лицо Раяна закаменело. Тина взглянула туда, куда он смотрел, и закусила губу, дотронувшись до его руки:
— Не обращай внимание. Мне уже давно безразлично ее присутствие.
— Не понимаю, как она еще не вылетела отсюда, — сквозь зубы протянул он.
