Ей было пока сложно поверить, что она на самом деле тут. Ведь этим утром она проснулась в своём домике в Алкантаре, всё ещё не до конца уверенная, разумное ли она приняла решение. Только что беспилотный вертолёт доставил её прямо на борт яхты с аэродрома австралийского Кэрнса. Туда она долетела за три часа на корпоративном SR-115, вылетевшем из Алкантары. Организовывать такой трансфер всего лишь для одного человека было крайне расточительно. Но самолёт принадлежал «Gizu Projects», владелец которого, по всей видимости, счёл эти затраты оправданными.
На Саше были летние сандалии и цельный купальник, поверх которого была накинута светлая пляжная туника, а голову прикрывала бейсболка с надписью «I♥Barcelona», относительно которой она не могла вспомнить, кто, когда и по какому поводу ей её подарил, ведь в Барселоне ей бывать не доводилось. Невдалеке валялся её рюкзачок, в который она наспех набросала всего, что ассоциировалось у неё со словами «уик-энд на яхте» — от солнцезащитных очков и кремов до косметички и запасного белья.
— Не беспокойся, — ответил Рикардо на её комментарий об омарах. — Они уже даже не входят в Красную книгу. Австралийцы неплохо наладили их разведение. Для этого потребовались лишь разумные законы: лицензии, квоты на вылов и тщательный отлов браконьеров береговой охраной.
Удивившись таким познаниям об австралийских омарах, вкусовым качествам которых она как раз отдавала должное, Тёрнер предположила:
— Дальше наверняка последует увлекательная история о том, что тебе принадлежит доля в здешней ферме по выращиванию омаров, чью рентабельность ты смог увеличить на 65 %.
— Не уверен, что это не так, — рассмеялся бразилец, ловко очищая пальцами своего лобстера без какой-либо неловкости, которую можно было бы ожидать от богача. — Я не всегда сам знаю, какой бизнес стоит за биржевыми аббревиатурами. При портфельном инвестировании важны в основном цифры.
— С таким успехом можно нечаянно приобрести какой-то наркокартель, — хмыкнула Саша.
— Искина можно научить избегать акций компаний, владение которыми считаешь неэтичным… Чего ты улыбаешься?
— Заметила, что ты сказал — «можно», а не — «я научил».
— Эй, а что плохого в небольшом семейном наркокартельчике? Я же латиноамериканец, в конце концов. Кроме того — не лучше ли употреблять своё, домашнее, а не покупное? — засмеялся он.
Отправляясь сюда, Саша чувствовала тревогу и неуверенность. Несмотря на кажущуюся логичность умозаключений, которые привели её к выводу, что она имеет полное моральное право принять приглашение и встретиться с Рикардо на его яхте, если захочет, её снедали сомнения. Сокровенным глубинам её натуры было сложно ужиться с тем, что она делает. И хоть часть её сознания решительно заявляла, что она поступает ровно то, как считает нужным, и никому не должно быть до этого дела, другая часть в это время неловко съёживалась и ёрзала от стыда, укоризненно шепча: «Господи, да ты посмотри на себя».
В какой-то момент она была близка к тому, чтобы отменить эту поездку и вылететь из Кэрнса обратно в Бразилию. Это было бы донельзя тупо, но всё-таки лучше, чем внезапно передумать, уже оказавшись на яхте. Но очутившись тут, на борту — она ощутила себя удивительно хорошо и уместно. И тревожный голосок в её голове постепенно начал стихать.
Ей было приятно потягивать холодное шампанское, хрустеть омарами и болтать обо всём на свете, пусть даже о какой-то шутливой ерунде. Рикардо вёл себя именно так, как она хотела, будто читал её мысли — спокойно, просто, дружелюбно и сдержанно. В каждом его слове и движении чувствовалась абсолютная уверенность в том, что он делал, которая не могла не подкупать. Но он не спешил, не был навязчив и тонко чувствовал, когда наступал момент для тех или иных слов.
Вопиющее противоречие между общепризнанным представлением о личности Саши Тёрнер и тем, где она сейчас находилась и что делала, озадачило бы любого, кто её знал. К её счастью, женщины, даже с докторской степенью, всё ещё пользовались в человеческой культуре привилегией руководствоваться иногда своей особенной логикой. Обыкновенный пещерный сексизм, который она на дух не выносила. Но в этот необычный новый эпизод своей личной жизни она была рада укрыться за ширмой прощаемой всем женщинам взбалмошности, сознательно избегая искать исчерпывающие и логичные объяснения своим поступкам даже для себя самой.
— Знаешь, — произнёс задумчиво Рикардо, когда они закончили трапезу и в задумчивом молчании их взгляды обратились на океан. — Тамошний океан примерно в шесть раз больше нашего по площади. А по объёму — возможно, что и в десятки раз.
«Он думает о том же, о чём и я» — с удивлением подумала Саша.
— Для тебя это правда так важно? — спросила она спонтанно. — Земля-2?
Он не спешил отвечать — почувствовал, что она ещё не полностью сформулировала вопрос.
