Сай выпустил практически всех имеющихся у них мини-дронов, некоторые из которых были оснащены нелетальными инъекционными пушками (дроны были ввезены в страну легально как зоологическое снаряжение для усыпления животных), чтобы те отвлекли на себя внимание и прикрыли им тыл. Но более многочисленные и продвинутые китайские охранные дроны, отправившиеся за ними в погоню из лаборатории, справились с этим препятствием так же легко, как ястребы с канарейками.
Один из них настиг их в 37 километрах от объекта. Превращать машину в решето дрон не стал. Китайцы боялись повредить содержимое украденного ими контейнера. А может быть, хотели захватить нападавших живыми. Так или иначе, после того, как они не отреагировали на несколько предложений приземлиться и выйти из машины с поднятыми руками, дрон начал вести осторожный точечный огонь, целясь по ключевым узлам, без которых «Дискавери» не мог продолжать полёт. Одна из пуль вскоре случайно пробила обшивку и попала в плечо Анатолию. Ещё одна — угодила в цель, повредив полётный двигатель и заставив совершать аварийную посадку, пока машина просто не грохнулась вниз.
Всё, что оставалось Саю — направить стремительно теряющую высоту и скорость машину в сторону ближайшей гряды скал, надеясь, что там они смогут найти какое-то укрытие. Посадка выдалась жесткой, но каким-то чудом обошлось без сотрясений и переломов. В арсенале Сая ещё осталась одна электромагнитная граната, которую он метнул достаточно точно, чтобы деактивировать преследовавший их дрон. Это позволило им выиграть время — как раз достаточно, чтобы найти вход в эти пещеры.
— Сколько ещё она сможет прожить в таком состоянии? — спросила Эми, пока в памяти у Сая прокручивался хронометраж их неудачной операции.
— Капсула рассчитана на автономное жизнеобеспечение в течение 36 часов. Судя по показаниям приборов, осталось ориентировочно 26 часов и 37 минут.
— Что ж, — вздохнула Эми, продолжая нервно кусать губу. — Значит, у нас ещё есть немного времени, чтобы что-то решить.
Сай кивнул.
— Как думаешь, кто-то из остальных ребят мог выжить? — спросила она с надеждой.
— Их машина не покинула комплекс. Даже если они живы — они не на свободе, — развеял эту надежду он. — Нам надо рассчитывать только на свои силы.
— Значит, пешком до границы с Нигером? Думаешь, это реально?
Это было нереально, и Эмили знала это не хуже, чем он. От их локации до границы оставалось 117 километров. Одно дело, как изначально планировалось — преодолеть это расстояние форсированным броском на «Дискавери», которые могли двигаться в полётном режиме со скоростью свыше 350 км/час. Совсем другое дело — на своих двоих. Даже если бы им не грозило быть обнаруженными и схваченными немедленно после появления на поверхности, они просто умерли бы от жажды, пытаясь преодолеть такое расстояние по безводной пустыне, в которой практически нет дорог и поселений. В глазах Эмили теплилась надежда, что Сай неожиданно расскажет о тайном плане «Б», который поможет им всем спастись. Но его не существовало.
— Как думаешь, а Бенджи и Лара смогут организовать нам новый транспорт? — продолжала ирландка лихорадочно перебирать варианты, которые он перебрал и отбросил уже много часов назад. — Мы ведь успели сообщить им, что у нас проблемы. Уверен, что они сейчас работают над решением этой проблемы.
Сай хорошо понимал, что Бенджи и Лара ничем им не помогут. Практически все ресурсы, которые им удалось собрать, были потрачены на реализацию основного плана. Изготовление качественных поддельных документов и разрешений, приобретение двух «Дискавери», покупка оружия и другого ограниченного в гражданском обороте снаряжения на «чёрном рынке» и организация его доставки в Чад — всё это стоило больших по их меркам денег.
Даже если бы ребятам каким-то чудом удалось раздобыть ещё денег — физически нереально было организовать транспорт в столь краткие сроки. А если бы по некоему невероятному волшебству транспорт нашелся — это всё равно не помогло бы. Сай не сомневался, что из-за их акции на ноги была поднята не только немногочисленная охрана комплекса, но и все подразделения армии Чада, находящиеся в этой части страны. Для того, чтобы сообщить ребятам свои координаты, им пришлось бы выйти на поверхность и провести сеанс связи. А это было примерно то же самое, что прийти к китайцам с громкоговорителем и начать орать: «Мы здесь».
— Я бы не рассчитывал на это, Эми, — честно ответил Сай.
— Да, ты прав, — признала она, понурившись.
Потоптавшись ещё немного на месте, она беспомощно развела руками.
— Организация тоже вряд ли поможет нам, узнав, что мы в беде, верно? Впрочем, о чём я спрашиваю? Конечно же, эти трусы открестятся от нашей акции. Они ещё и показания дадут, что мы, мол — маргиналы и нигилисты, и что они нас давно исключили из своего состава, — презрительно фыркнула Эми. — М-да. Значит, получается… это конец, да? Столько подготовки, столько усилий, и… это всё?
Сай около минуты просидел неподвижно, прикрыв глаза и следя за своим сердцебиением, пока оно не опустилось до полагающихся 60 ударов в минуту.
