Он очень аккуратно поставил на землю неподалёку тяжелый на вид металлический контейнер, похожий на те, в которых перевозят замороженные органы, предназначенные для трансплантации. На цифровом табло контейнера отображались несколько цифр и динамичных графиков, некоторые из которых могли вызвать беспокойство, если понимать, что они значат. Но о них он подумает потом.
— Посвети мне, Эми, — велел он, присаживаясь на корточки перед Анатолием.
Возмущенно засопев из-за того, что Сай проигнорировал все её настойчивые вопросы, а теперь командует как ни в чём не бывало, девушка, тем не менее, подчинилась. В свете её фонаря замотанная окровавленным бинтом рана в верхней левой части груди Анатолия, около плеча, стала видна отчётливо. Сфокусировавшись на ней, продвинутые оптические импланты Сая начали воспроизводить в его дополненную реальность данные, которые ему очень не нравились.
— Позволь мне взглянуть, друг.
— Да это пустое, Сай. Царапина, — покачал головой Анатолий, но, когда Сай начал разматывать бинт, сцепил зубы, чтобы не застонать от боли.
Примерно часов семь-восемь назад, едва оказавшись в этих пещерах и убедившись, что их тут не преследуют, они наспех обработали и перевязали рану. Кровотечение удалось остановить. Но этого было недостаточно. По всей видимости, пуля сломала ключицу и застряла где-то около неё, причиняя Анатолию сильную боль при движении и вызывая риск развития заражения крови. Вытащить её без хирургических инструментов было невозможно.
— Как там, порядок? — поинтересовался Анатолий, прикрыв глаза и устало прислонив голову к холодной стенке пещеры, пользуясь выдавшейся минуткой отдыха.
Анатолий не был военным, а сжатая импровизированная подготовка, которую они провели перед операцией, не могла превратить его в полноценного бойца. В теле Сая находилась модификация системы кровообращения от китайского производителя «Jishu», которая уменьшала кровотечение из открытых ран и ускоряла их заживление. Был он оснащён и продвинутым синтетическим усилителем иммунной системы от «Sino», который в значительной степени уменьшал вероятность заражения крови. Получи Сай такое же ранение — он бы точно выжил. Но у Анатолия подобных преимуществ не было.
— Тебе нужно в госпиталь, — честно ответил ему Сай.
— Да не волнуйся ты. На мне всё заживает, как на собаке. Я пойду дальше. Силы у меня ещё есть.
Нахмурив лоб, Сай достал из рюкзака походную аптечку и сосредоточенно выполнил то, что мог — нанёс на входящее пулевое отверстие антибактериальную мазь, заменил повязку и сделал Анатолию ещё один внутримышечный укол болеутоляющего. Всё это время Эмили топталась рядом, нервно покусывая губу и притоптывая ногами.
— Анатолию нужен врач, Сай, — наконец констатировала она. — Это ещё одна проблема в дополнение к и без того полной заднице, в которой мы находимся! Ты не хочешь наконец об этом поговорить?!
— Да, — пробормотал он, не глядя на неё. — Всего через минуту.
Аккуратно похлопав по здоровому плечу Анатолия, который прикрыл веки и засопел, погруженный в приятную полудрёму после укола, Сай подлез поближе к контейнеру, который он только что поставил на землю, и склонился над ним, почти уткнувшись носом в толстое герметичное стекло. Картина, которая открывалась под таким ракурсом, внушала изумление, ужас и жалость, и вряд ли бы оставила безучастным даже очень чёрствого человека.
В контейнере находился крохотный младенец, выглядящий не старше пары-тройки месяцев. Это была девочка. Но распознать в ней живого человека было сложно. Бедняжка была густо облеплена датчиками, проводящими различные измерения, и обвита клубком трубок разного диаметра. Трубки проникали во все отверстия, какие только были видны на маленьком тельце, включая и такие, которых на теле человека не должно было быть. По ним мерно текли жидкости, которые откачивались из её организма, и питательные растворы, которые в него вливались. Казалось невозможным, что маленький человечек, находящийся в столь жутком состоянии, жив. Но стоило Эми, склонившейся над контейнером, случайно направить луч своего фонаря на крышку — как маленькая ладошка упёрлась в стекло.
— И-извини, — пробормотала ирландка, поспешно переводя фонарь в сторону.
— Ты предлагала обсудить ситуацию, Эмили, — спокойно напомнил Сай.
— Да, я помню, — растерянно ответила та. — Но как только я снова увидела её, все мои мысли, кроме гнева на этих чёртовых сукиных детей, разом улетучились. Я просто не могу этого видеть, моё сердце разрывается.
Сай посмотрел на девушку с симпатией, слегка устыдившись мыслей о ней, которые посетили его всего минуту назад. Сердце Эми находилось на правильном месте. И ему стоило быть благодарным судьбе, что такие люди, как она, поверили ему и пошли за ним, когда восемь месяцев назад он решил покинуть «The Same» и учредить собственную группу, целью которой был саботаж новой программы института «Женьли».
