Подойдя поближе, Странник смог наконец разглядеть незнакомку. Она была красива. Невероятно красива. Человек даже не знал названия ее вида, но ее красота, эстетичная, неидеальная и оттого прекрасная, заставила его открыть рот и восхищенно выдохнуть. Краски как будто выцвели за ненадобностью в окружающей черноте, но оттенки, хоть и слабые, просматривались. Голову незнакомки покрывали блеклые, но несмотря на это, прекрасные перья цвета краев видимого спектра излучения: фиолетовые и красные. На изящных длинных руках так же присутствовали перья. «Если их расправить, то руки наверно превратятся в крылья!» — подумал человек. Перья пропадали лишь у четырехпалой кисти, на которой три пальца были противопоставлены одному, находящемуся чуть повыше остальных. Кожа незнакомки серебрилась, и казалось излучала слабый свет, в лучах которого виднелась мелкая золотая пыль. Черты лица незнакомки были благородны и плавны, изгибы перетекали из одного в другой: от шеи до приоткрытых губ, затем до слегка вздернутого носика и наконец…
Единственное что выбивалось из общей картины. «Как же я этого сразу не заметил!» — Странник испуганно отпрянул от фигуры. Глаза незнакомки были впалыми бездонными колодцами. Абсолютно черными и холодными. Даже окружающая темнота не могла сравнится с ее глазами. И… Они, кажется, говорили. Человек вновь услышал в своей голове знакомый пугающий голос, взывающий к нему:
— Странник. Вернись домой. Странник… МОЙ… СТРАННИК!
Последние слова прогремели так громко, что человек подумал, что у него вот-вот взорвется голова. Он схватился за уши руками и беззвучно закричал, в тщетных попытках перебить страшный голос, беспрестанно повторяющий:
— МОЙ СТРАННИК!
***
Человек резко открыл глаза, сделав громкий хриплый вдох. В ушах звенело, а сердце стучало как бешеное. Перед заплывшим замыленным взглядом предстал пошедший волнами металлический пол кабины пилота, на котором, собственно, он и лежал, отморозив щеку о ледяную неровную поверхность. Где-то недалеко, кажется, в командном центре «Претендента», а может дальше, слышался шум и неуклюжий грохот, а еще тихие рычащие переговоры на непонятном языке. Зрачки человека чуть сузились, а дыхание пришло в норму. Тело было словно ватным, и Странник боялся пошевелиться от нехорошего предчувствия, что все его кости переломаны. Однако пошевелиться он бы все равно не смог. Мгновенный приход в себя был вызван чем-то вроде болевого шока, которым его обдало в том странном мрачном сне. В следующую секунду голову сжали тиски реальной боли, и не в силах выдержать ее своим перекрученным разумом, Странник вновь отключился, не успев даже подумать об источниках рычащих голосов.
***
— Гилак, от этого как-то странно пахнет, — уже на ясном, но ломаном наречии пробасил голос прямо над ухом Странника, и, вновь громко обнюхав его, фыркнул.
— Ммм… От этого тоже. Кажется, корделианской уткой, — чуть поодаль послышалось чавканье, — Не донес он свой обед. Слишком хорош оказался деликатес для такого слизняка.
— Гилак! — голос над ухом оглушил, еще не до конца, пришедшего в себя Странника, — Хватит жрать помои! В раздаточной тебе их еще целое корыто навалят!
— Но там же не будет утки, — слегка разочарованно прозвучал второй голос, за которым последовал звук мягких, но тяжелых приближающихся шагов.
Странника вновь обнюхали, но теперь уже в два носа.
— Чувствуешь? — задумчиво протянул первый голос.
— Да… Так пахло от того золторианского голодранца, которого шморки на той неделе сожрали. Прямо живого. Помнишь, как он орал? Вот смеху то было!
— Да, но от этого прямо-таки несет. И как-то иначе, чем от темных. Я не понимаю…
— Магией от него пахнет, Джук. Сильной. Надо показать его Вождю. Он так приказал. Всех, от кого магией шаманской воняет к нему.
— Верно. Дело говоришь, — вновь протянул первый.
— А с этим что делать? От него вроде не пахнет этой магией, — Странник явственно услышал, как второе существо жадно облизывается, — Можно его сожрать?
— Черт! Ты только о жрачке и думаешь! — за этими словами последовал звук увесистой оплеухи, и злобное рычание в два голоса, — А вдруг это его питомец? Вот проснется этот шаман, увидит, что ты его питомца сожрал, и проклянет тебя, чтоб у тебя вся жрачка насквозь пролетала!
— Ну ладно, ладно… — расстроенно согласился второй, — Потащили их на челнок, там внизу разберутся, что с ними делать.
