Стремительно спустившись вниз, я обнаружил совершенно пустую комнату. Только центр комнаты был освещён достаточно ярко, очертания же стен терялись во мраке. Яркое свечение шло от хорошо знакомой мне по занятиям с мастером пентаграммы призванной удерживать дух сильного мага. Сама пентаграмма была не нарисована на каменных плитах, из которых состоял пол, а буквально вплавлена в него. Все линии и руны были прорисованы с ювелирной точностью, но меня поразило исполнение. В выточенный в камне рисунок был видимо залит в свое время жидкий металл, а потому выпустить духа из пентаграммы просто затерев рисунок было невозможно. В придачу ко всему в центральном круге были буквально впаяны в камень три магических накопителя, два из которых в данный момент выглядели как тусклые потрескавшиеся драгоценный камни и только третий выглядел пока еще целым и невредимым, хотя свечение исходившее из него говорило о том, что камень почти пуст.
Вспомнив всё чему меня учил учитель, я понял, что существо, как и сама пентаграмма, находится в этом подвале не меньше пары веков и все это время оно поддерживало заряд магических накопителей, но каким бы сильным не был удерживаемый в пентаграмме дух, и его силы подходят к концу. Теперь только от меня зависит, будет ли дух развоплощен окончательно, или, получив дополнительные силы, продолжит свое существование в этом мире. Мой приемный отец не раз предостерегал меня от поспешных решений. Особенно если они связаны с духами, и именно потому я решил сначала заставить пленника пентаграммы проявить себя, а только потом принимать какое-либо решение.
Нужное заклинание легко соскользнуло с моих уст. Воздух над серединой пентаграммы замерцал, после чего сухо прошелестело:
– Спрашивай.
– Кто ты?
– Я магистр.
– Кто и для чего заключил твой дух в эту пентаграмму?
– Мой правнук, бывший в свое время одним из сильнейших магов своего времени, построил в столице особняк и решил привлечь духа для его охраны. Пока я была жива, мы с ним очень плохо ладили и, узнав о моей смерти, он решил мне отомстить.
– Отомстить только лишь за плохое отношение? Не молчи. Ты обязана мне отвечать.
– Не только. Считая себя сильнейшим среди адептов магической академии, он был уверен в том, что я не посмею отказать ему в ученичестве, и передам ему все свои секреты и наработки. В личные ученики я его не взяла, обучала наравне со всеми, секреты унесла с собой в посмертие. Заключив меня в пентаграмму, он обязал меня охранять его особняк, поставив одним из условий владения им – принадлежность хозяев к нашему роду. На территории огороженной стеной и принадлежащей особняку я могу многое. Могла многое, но в последние сто лет мои силы стали стремительно таять. Зная о том, что без помощи сильного некроманта посмертия мне не видать, я всеми силами пыталась продлить своё такое безрадостное существование.
– К какому роду ты принадлежишь, и кто из твоих родственников был последним владельцем особняка?
– Я принадлежу к роду Гвелкам. Мое полное имя – графиня Лиеннали Гвелкам. Первым и последним владельцем этого дома, относящимся к нашему роду был мой непутевый и амбициозный правнук – граф Руан Гвелкам. Он построил этот дом, он заточил меня здесь и именно он пропал спустя сто лет. Больше трех сот лет прошло с того момента как он умер. Его смерть я почувствовала сразу, но к моему сожалению она ничего не меняла для меня. Больше двух сотен лет я исправно выполняла свои обязанности, никого не пуская на вверенную мне территорию, но со временем стали разрушаться магические накопители и я стала слабеть. Да я могла поддерживать зарядку этих накопителей, питающих пентаграмму, но даже камни не могут быть вечными и вот стараясь продлить свое существование, и при этом выполнить возложенные на меня обязанности я вынуждена была скрывать свою сущность от нынешних магов. Королевская семья смогла формально присоединить особняк к своему имуществу, но жить здесь никто так и не смог. Последние десятилетия дом переходит из рук в руки. Меняются так называемые сильнейшие маги, но никто из них так и не смог предотвратить постоянное исчезновение накопителей магии и наладить работу заклинания сохранности и восстановления. Никто из них не смог найти меня и не смог разобраться, почему заснувшие в своих кроватях хозяева оказываются за воротами собственного дома в почти полном неглиже, да и не только хозяева, а все на тот момент находившиеся в доме.
– Почему одного из сильнейших магов, Руана Гвелкама, ты называешь непутевым?
– Он всегда переоценивал свои силы и наверняка именно его амбиции привели его к преждевременной смерти.
– Ты понимаешь почему у тебя не получилось выгнать из дома меня и почему я нашел эту комнату?
Я могу лишь предположить, что ты являешься моим дальним родственником и магическая печать зафиксировала это родство.
– Вы правы графиня. Я действительно являюсь вашим родственником, а если точнее, то сыном Руана Гвелкама.
– У Руана не было детей. Он умер бездетным.
