Зал наполнила музыка, и пары заскользили, вычерчивая на узорном мраморном полу сложнейшие «па» одного из самых скучных танцев. Всё медленно, тягуче, сплошные поклоны, развороты, обмен партнерами и сложнейшие дорожки шагов, а самое главное любая ошибка на виду. Кошмар для тех, кто выходит в свет впервые. Нет, для меня этот танец не представлял никаких трудностей, но быть участником этого действа не хотелось. Всё сильнее и настойчивее в голове билось только одно желание – убраться отсюда как можно дальше и как можно быстрее. Но… Всегда есть но, ибо наши желания это одно, а возможности это другое.
Дорогая хозяюшка продолжала одаривать меня своим вниманием и потому первый мой танец достался ей, а для того, чтобы избавиться от её навязчивого внимания мне пришлось танцевать ещё и ещё ускользая из её загребущих ручонок. Быть одним из многих в её коллекции мне не хотелось. Моя «странность» не мешала высокородным девицам благосклонно принимать моё приглашение на танец. Любопытство женщины – страшная вещь! Меня допросили и почти «выпотрошили» за неполных пару часов. Оценили и всем сообществом приняли решение о том, что неплохо бы попробовать меня как любовника, раз в роли мужа я выступать не могу. К моему сожалению ни одна из них не привлекла моего внимания настолько, чтобы я решился на какие-либо действия, зато решились дамы. Они начали осаду по всем правилам военного искусства. Четыре молоденьких, и явно замужних, красотки окружили меня, наперебой требуя внимания. Принести прохладительные напитки, поднять упавший веер меня просто утомили, а уж кокетливое требование комплиментов уже просто поразило, и я решился на грубость и на очередной вопрос о внешности прелестницы сказал:
– Вы меня извините, милые дамы, но я не могу ничего сказать о вашей внешности. Познакомившись с вами только сегодня, я не имел чести видеть вас раньше и не могу знать, как вы выглядите на самом деле. Не обижайтесь на грубияна, красавицы, но показатель возраста у леди – это её нежная кожа сияющая молодостью и свежестью, но вы все настолько её прячете, что я никак не могу составить себе представления о вашем возрасте, если вы старушки, то количество белил на вашем лице вполне оправдано на мой взгляд, но если вы молоды и прекрасны, то зачем вы это скрываете? Именно этого я и не могу понять, как не стараюсь. Тяжесть и количество ваших украшений прячет от мужских взглядов ваши прекрасные шейки и нежные ушки, которые так любят целовать мужчины, из-за пудры на волосах я не могу определить их цвет. Ни у одной из вас я не могу даже попытаться украсть поцелуй, ибо мой строгий, черный наряд будет предательски свидетельствовать о нашей близости. А кружева? Они бесспорно красивы и вы в них напоминаете мне изысканные цветы из оранжереи, но, милые дамы, на эти цветы можно только смотреть, да и то издалека. Поверьте мне – много, не значит хорошо. Я вижу перед собой столько всего безумно красивого, но не могу рассмотреть деталей. Украшение должно подчеркивать нежность и величие леди, ее красоту, а не затмевать ее! Я растерян и сбит с толку, поэтому прошу вас не судить меня строго! А теперь позвольте мне откланяться, милые дамы. Надеюсь, вы не будете держать обиды на меня, и мы сможем встретиться на следующем приеме.
Поклонившись, изумленным моими речами леди, я постарался как можно быстрее удалиться и не только подальше от них, но и вообще из этого дома. Не дошел… Шагов десять оставалось пройти мне до вожделенного выхода, и удача покинула меня. Преградивший мне дорогу слуга, с поклоном, передал приглашение графа Иржика Валеенти. Меня приглашали в кабинет его сиятельства, предлагая провести время в дружеской мужской компании. Пришлось возвращаться.
