Бой еще не окончился. Монстр начал заваливаться на бок, грозя придавить меня.
Мне пришлось вытащить руку из уха монстра, и быстро перелезть, чтобы выскочить из-под заваливающейся туши. Монстр рухнул на бок, а я лишь в последний момент успел перебраться ему на спину, ища уязвимую точку с другой стороны головы.
«Сейчас и здесь тебе уши прочищу, — мысленно пригрозил я. — Только дай мне секунду».
К моему несчастью, на этой стороне слухового отверстия не было. Вернее, пластина, закрывавшая его, была прикрыта. Разумеется, меня это не остановило. Припав к ней пальцами, я дернул, что было сил.
Срывая ногти и ощущая, как острые грани разрезают кожу до мяса, я оттянул пластину, открывая себе доступ к уязвимому месту. Монстр попытался стряхнуть меня, но в узкой пещере не преуспел в этом. Уже зная, что делать, я сложил руку лодочкой и просунул ее в ухо.
Стоило только найти мягкий, увитый кровеносными сосудами нарост, как я сжал его изо всех сил. Я ощутил, как лопаются мягкие хрящи, а по руке побежала чужая кровь.
Монстр вновь взвыл, но как-то странно, будто захлебнувшись собственным воплем. Привыкший отнимать чужие жизни хищник начал терять свою.
По пещере разнесся заунывный, полный смертельной тоски рев. Монстр продолжал дергаться, но уже как-то неуклюже, хаотично. Похоже, я повредил его вестибулярный аппарат и нарушил координацию.
Пришло время для последнего удара. И дело было скорее не в состоянии монстра, а в моем собственном. Одежда пропиталась от крови из ран, которые в горячке боя я не замечал, перед глазами роились черные мушки. Силы были на исходе.
Скатившись по морде твари вниз, я нащупал обломок моего сломанного копья. Нацеливая ее для последнего удара, невольно я встретился с черными, словно космос, глазами. Глядя в них, я ощутил бездну ненависти к твари, что загоняла меня, словно дичь.
Казалось, вся несправедливость жизни сейчас сконцентрировалась в этом существе, словно оно стало апогеем моей неудачливости и палачом. Вот только что-то пошло не так. Тот, кто не боится умереть, способен на многое. Например — изменить свою судьбу, сбросив клеймо жертвы.
— Я не дичь! — раздался под сводами мой рык. — Я человек!
Вместе с последним выкриком я нанес удар, вкладывая в него все силы, что остались. Не надеясь только на них, я вновь навалился всем телом, загоняя обломок как можно глубже в глазницу твари.
Обладая внешним скелетом внутренних костей монстр похоже не имел. Мое оружие вошло в глазницу на всю длину.
Монстр издал полный смертной тоски вопль, последний раз дернулся и затих. В пещере, где ранее пылала смертельная схватка, установилась мертвая, звенящая тишина.
Силы не нашлось, даже чтобы отползти. Я просто упал на морду твари, да так и застыл, пытаясь отдышаться. Вопреки состоянию тела, разум торжествовал.
— Мы сделали это, — еще неверяще произнес я. — Мы завалили этого ублюдского щенка, Саня!
Я повернулся к своему другу, желая поделиться радостью, да так и замер. Увиденное заставило меня похолодеть — Саня был совсем плох. Похоже, монстр его достал.
Одна из лап твари имела два дополнительных сустава и была длиннее остальных. Помимо прочего, она была вооружена особенно длинным когтем, похожим на серп. Именно её он и выбросил вперед, когда смог разорвать путы капроновых нитей. Прижатому к стене Сане уходить было уже некуда.
Я невольно отвернулся, увидев раны. Они были столь глубоки, что никаких надежд на выживание не осталось. Чудо, что мой товарищ, смертельно бледный и слабый, еще оставался в сознании.
— Сань, держись, — произнес я. — Сейчас я перевяжу.
Говоря это, я сам ощутил, насколько растерянно звучит мой голос. Раны выглядели поистине ужасающе.
Найдя все-таки толику сил, я подполз к другу. Где-то здесь валялись тряпки из рюкзака. Я начал шарить рукой, ища их, но сам не понимал, что я могу сделать с ними. Оценив раны, я не был уверен, что здесь помогла бы даже реанимационная бригада со всем оборудованием.
Саня, видимо, также понимал ситуацию. Он попытался что-то сказать, но вышел лишь тихий шепот.
— Да? — я нагнулся, пытаясь расслышать его лучше.
— Мы завалили босса! — прошептал он и закашлялся. — Мы победители, Макс!
Неожиданно даже для себя, я рассмеялся. А что я еще хотел услышать в этой ситуации от завзятого любителя игр?
— Прости, что затянул в это, — внезапно сменил тему Саня.
— Да ладно тебе, — через силу улыбнулся я. — Зато какое приключение!
Видя состояние друга, я мог лишь улыбаться и поддерживать разговор, а на душу тем временем давило ощущение беспомощности.
— Я виноват, — произнес он. — Это моя игра. Я должен был попасть сюда один, но втянул тебя. Прости за это.
Я вспомнил момент в автобусе, когда Саня затащил меня в портал. Действительно, я не должен был туда попасть. И может быть, в другой ситуации я бы с этим согласился, но сейчас это уже не имело значения.
— Брось, — фыркнул я. — Ты держись, Сань, еще пройдем твою игру вместе!
Конечно, я лгал. Мой друг быстро терял кровь, а вместе с ней и силы. Последние фразы давались ему все сложнее и сложнее.
— Ага, — вяло улыбнулся он. — Пройдем… вместе…
