Из провала в Хогвартсе я все-таки смог извлечь кое-какие плюсы. И речь вовсе не о новых последователях или двух артефактах. Все гораздо прозаичнее: у меня вновь появилось, чем заняться.
Собственно, дел, требовавших моего личного внимания, было так много, что я даже жалел, что не могу создать крестраж. Как было бы проще с помощником-клоном! Тем, кто полностью понимает мои задумки, и кому я могу безоговорочно доверять.
Времени на сожаления я тратить не стал и просто приступил к работе. Первым делом я спустился в подвал, где меня уже ждала Катарис.
— Ты выполнила мое поручение? — спросил я у женщины.
— Да, — кивнула она. — Он на столе.
— Хорошо. Возвращайся к Талиону, расскажи ему обо всем. И передай артефакты. Скажи, скоро навещу его. И не забывай докладывать обо всем, что происходит в Братстве. Деньги уже переведены на твой счет.
Синэл без лишних слов кивнула и вышла из подвала. А я подошел ближе к телу бывшего директора Хогвартса. Маги накладывают на тела усопших специальные чары, которые препятствуют разложению. Поэтому, Дамблдор выглядел именно таким, каким я его видел в последний раз.
Если не знать, что он мертв, можно подумать, что старик просто спит. Впрочем, совсем скоро он «проснется». Давно хотел попробовать некромантию. Обычных «зомби» я уже поднимал — ничего интересного, пользы от них только детей пугать. А вот Дамблдор…. Его я собирался сделать личем, восставшим из мертвых магом, сохранившим память, знания и силу, хоть последнее и было в сильно урезанном виде. А так же полностью подчиненным воле хозяина. Разумеется, творить большую часть известных при жизни заклинаний лич не мог в силу своей узкой специализации на магию смерти. Но этого вполне достаточно для меня.
Если все получится, можно будет таким же образом поставить в свои ряды Ремуса Люпина, Джеймса и Лили Поттер, Тонкс…. Многих из погибших. Надо будет лишь раскопать их могилы и достать тела. Посмотрим, как Поттеру понравится возвращение мертвецов. Получится своеобразное психологическое оружие.
Для ритуала некромантии уже все было готово — руна возвращения на полу, пара жертв-магглов. Достаточно и одного, но лучше брать с запасом. Все-таки не какого-нибудь там шарлатана хочу вернуть, а самого Дамблдора!
Без труда я перетащил тело директора и уложил точно посередине руны, после чего зажег свечи по ее периметру. Жертва, как и все до нее, пыталась сопротивляться. Оглушить я ее не мог, для ритуала требовалось, чтобы она была в сознании. Еще лучше, как описывалось в книге, было бы ее добровольное согласие. Но это вовсе не обязательно.
Без лишних слов я перерезал жертве горло над линиями руны, и на пол рекой хлынула кровь. Жертва задергалась в бессмысленной пnbsp;опытке спасти свою жизнь, но я крепко ее держал. Все-таки занятие некромантией не для слабых телом.
Руна стала напитываться кровью, и я видел, как она втягивает в себя не только красную жидкость, но и жизненную силу маггла, и энергию его души. Попытки вырваться становились все слабее и слабее, пока полностью не прекратились. Я откинул бесполезный теперь кусок мяса и внимательно рассмотрел руну. Она стала красного цвета, но не той насыщенности, какой требовалось. Одной жертвы не хватило.
На то, чтобы убить второго маггла много времени не ушло. И вновь руна без остатка высосала жертву, став после этого именного того насыщенного красного цвета, какой и требовался. Довольно кивнув, я приступил ко второй части ритуала.
Подняв над телом директора руки, но, не входя в руну, я стал читать древнее и очень длинное темномагическое заклинание. Малейшая ошибка — и все мои усилия пропали бы даром. К счастью, заклинание я выучил наизусть, а моя память сбоев еще не давала. Конечно, если бы мне надо было всего лишь поднять лича — все было бы проще. Но помимо возвращения Дамблдора в мир живых, мне требовалось наложить на него чары подчинения, что читаемое мной заклинание, помимо всего прочего, и делало.
Пять минут я без остановки и запинок по памяти читал текст заклинания. А в это время мои руки все ярче и ярче светились голубым цветом. Из этого свечения изредка вылетали дымчатые лучи, которые ударяли в тело Дамблдора и тут же исчезали. Примерно с четвертой минуты тело директора стало подрагивать.
Закончив читать, я достал нож и, надрезав запястье, пролил своей крови на голову директору, позаботившись, чтобы немного попало в рот. После чего отошел от руны и тела, и стал ждать результата.
Сначала Дамблдор заворочался, а через несколько минут открыл глаза. Совершенно безжизненные и пустые глаза. Он явно не понимал где он и что с ним. Кое-как, Альбус сумел сесть и осмотреться. Заметив меня, он попытался что-то сказать, но вместо этого закашлял.
— Не торопись, — посоветовал я. — Голос вернется через пару минут. Потерпи.
— Алекс…? — смог все-таки прохрипеть Дамблдор неестественно равнодушным голосом, лишенным даже намека на эмоции. — Где я? Что со мной?
— А вы не помните, директор? — усмехнулся я, скрещивая руки на груди. — Вы умерли. Я поучаствовал в вашей смерти. Вспомнили?
Судя по изменившемуся лицу Дамблдора — вспомнил.
