– В депутацию, едрена щеколда, – хмыкнул домовой. – Хотя, кто ж тебя баламошку криворукого в депутацию-то выберет.
– Ты не поверишь… – ухмыльнулся я.
А откуда непись вообще про какую-то депутацию знает? Что-то мне в игровом мире таких словечек не попадалось. И еще вдогонку к предыдущим моим размышлениям: домовых до меня в игре никто никогда не видел, насколько мне известно. И тут возникает вопрос – а они вообще в игре есть или это мой мозг создает новую магическую реальность в виртуальном мире? Накапал мне военврач что-нибудь в ухо, вколол в задницу, и пошла реакция взаимного проникновения моего разума и глобального искина.
Тьфу ты, какая ерунда в голову лезет. Я подозрительно посмотрел на трубку, выбил ее и убрал в кисет.
– Так что там с моей избранностью, уважаемый? – спросил я.
– А ничего. Про то тебе Деда Пыхто надо было поспрошать, упустил ты момент. Он суть от изначальных времен, ему многое открыто. Другой вопрос, стал бы он тебе отвечать?
– А вы как вообще узнали, про что я думаю? – спохватился я, – Мысли читать умеете?
– Тю, да у тебя на роже все твои немудрящие мысли написаны: «Почему Наин за меня вступился, да как меня угораздило в Эдельме с двумя глупыми девками переспать и время потерять?».
– Про девок-то вы откуда знаете? – подскочил я. – Это заброшенный город Эдельмом называется? Так там жилья давно уже нет, и ваше племя не живет, я специально искал. Как узнали?
– Оттудова я, – как-то зло затянулся и выдохнул дым домовой. – Беженец, стало быть. А Древним злом от тебя за версту разит, даже запах Хаоса перебивает. Взял, значит, сущность?
– Взял. А зачем она вообще нужна?
– А это ты сам должен постичь, тут никакие объяснения не помогут.
– А если не постигну?
– Значит, не надо оно тебе было.
От цигарки домового остался совсем маленький окурок, уже обжигающий пальцы. Он прицелился и ловким щелчком отправил в сгустившиеся синие сумерки яркий огонек. Тот пошел по дуге, потом дернулся вверх раз, дернулся второй, словно пытаясь взлететь, а затем начал медленно неуверенно подниматься вверх к появляющимся на небе звездам. Я следил за ним, растерянно почесывая в бороде.
– В жизни, оно вообще все так – пока на своей шкуре не попробуешь, никакими умными словами науку не освоишь. Ладно, пойду я, неуютно нашему брату вне дома, а уж за забор и не помню, когда последний раз выбирался. Да и ты, Антон, иди. Чую, ужин поспел.
Я как-то не сразу сообразил, увлеченный медленно поднимающимся вверх огоньком. А когда понял, что меня назвали по настоящему имени, домового уже рядом не было. И больше я его не видел.
Я еще раз глянул в сторону Темных пустошей, которые скрыла непроглядная тьма, поднялся и пошел в трактир, прежде затворив за собой тугие ворота на два массивных дубовых бруса.
Думал еще перед сном мысли обкатать так и эдак, разложить по полочкам, да какое там. Уснул раньше, чем голова упала на подушку. А утром меня ждал сюрприз.
Проспал я по ощущениям долго, а разбудил меня какой-то невнятный бубнеж, прерывающийся иногда взрывами грубого хохота. Продрав глаза и приведя себя в порядок, я спустился из комнаты вниз в помещение трактира и поначалу не поверил открывшейся картине. За столом сидел хозяин «Последнего приюта» Наин Упрямый, а напротив него – Хагрим Топор. Сидели, судя по пустым кувшинам стоящим и лежащим вокруг на полу, уже давно.
– Значит, собирается эльф на охоту, – травил очередной анекдот Хагрим, – седлает коня, лук натягивает. А погода плохая: дождь, ветер. Он подумал-подумал и решил не идти. Возвращается назад к жене-эльфийке…
– Господа гномы, – прервал я рассказ, – в вашем случае выражение «бородатый анекдот» заиграло новыми нюансами. Вы не охренели, часом, с утра пораньше надираться?
– Рукожопчик, – поднялся из-за стола Хагрим и нетвердо шагнул по направлению ко мне, раскрывая объятия, – дорогой ты мой. Дай я тебя…
Среагировать я не успел. Вместо обнимашек гном подсел и врезал мне кулаком в живот. Не со всей дури, но чувствительно.
– …поучу уму-разуму, скотина ты такая.
Я охнул, схватился за живот и, согнувшись, доковылял до ближайшего стула.
– За что, Степаныч? – спросил я, чуть продышавшись.
– Ты где пропадаешь? Почему на сообщения и письма не отвечаешь?
– Да я же только вчера в зону, так сказать, уверенного приема попал. И прямо из огня в полымя, меня львы тут и приняли. Если бы не уважаемый хозяин, то и конец бы мне вышел лютый.
Наин хмыкнул, огладил бороду и начал прибирать посуду.
– Погоди, – я попытался сложить два и два, но у меня как-то не складывалось, – а ты-то здесь как? Тут телепорт что ли какой есть?
– Какой телепорт, супесь рыхлая? Мы сюда от границы две недели добирались, слились три раза по дороге всей толпой.
– Как две недели от границы?
Я почувствовал, что у меня начинают подрагивать коленки. Что-то не сходилось у меня.
– Сегодня какое число? – спросил я.
– А самому на календарь в меню перса слабо́ взглянуть? Антох, ты все больше превращаешься в Рукожопа. Меня это пугает.
