Место, куда я попал, видало лучшие времена. Строго говоря, то же можно было сказать про любой из «данжей», что мне довелось посетить в Аниме, но только здесь времена когда-то действительно были «лучшими». Больше всего это было похоже на древний храм неизвестного божества — и явно не одного из тех трёх, что сейчас правили миром. Изящные лазурные колонны уносились ввысь, подпирая невероятно высокий свод, напоминая застывшие струи воды, а не камень. Пол устилала ровная мозаичная плитка — если приглядеться, она складывалась в рисунок восходящего солнца. Тонкая, тончайшая работа, светлые мотивы — явно не то, что ожидаешь увидеть под столицей Железной Империи. Подземный храм на удивление неплохо сохранился, но его врагом было не только время.
Кажется, на потолке тоже находилась мозаика, но я не мог нормально разглядеть её при всём желании. Почти всё пространство сверху заполняли и перекрывали трубы Парилки, которым не нашлось места в основном лабиринте. Неясно, функционировали ли они сейчас или были частью более старой системы, провалились сюда после землетрясения или висели так годами. Я с трудом мог представить, что сюда регулярно спускалась команда по обслуживанию и ремонту. И всё же, чёрный массив труб отвоевал себе солидный кусок территории древнего храма, словно показывая превосходство индустриальной цивилизации над искусством забытого прошлого. Само по себе это было бы достаточно грустно, но опять же, этим дело не ограничивалось. Потому что термитник также предъявлял свои права на территорию храма.
Вся правая часть зала утопала в белом пористом материале, напоминающем затвердевшую губку, но не в виде сплошной массы, а сложной структуры. Нечто среднее между пчелиными сотами и пещерами в складках скал — чем больше я в неё всматривался, тем меньше понимал устройство. Термитник наступал во всех направлениях, захватив добрую половину древнего храма и лишь чуть-чуть не дотягиваясь до труб сверху. В итоге окружающее пространство выглядело, как поле боя между тремя совершенно разными мирами. И на данный момент мир термитов уверенно одерживал верх.
— Чёрт, — выдохнул я, не в силах оторвать взгляд от колонны, частично покрытой «губкой» термитов. — Что это за место?
— Церковь. Спокойствия.
Я дёрнулся от неожиданности, но через мгновение сообразил, что безэмоциональный голос, доносящийся у меня из-за пазухи мог принадлежать только Кёльколиуке. Сам виноват — нечего задавать дурацкие вопросы вслух и будить единственного спутника.
— Проснулся сам, — успокоил меня дух-хранитель, выслушав извинения. — Наблюдал. Слушал.
Тогда с его стороны было довольно мило не комментировать очередную задницу, в которой мы оказались.
— Что за Церковь Спокойствия? — спросил я, медленно пересекая зал наискосок. В воздухе чувствовалась сырость, но хотя бы не духота, как наверху.
— Храм. Старых богов. Место отдыха. Покоя. Чувства угасают. Боги слышат молитвы.
В последнее время упоминания богов вызывало у меня что-то напоминающее головную боль, но в этом были виноваты новые боги Анимы — Улхсотот, Нергал и Дея, она же Асмодей. Про старых я пока ничего не знал.
— Какими были старые боги? — спросил я, скорее чтобы поддержать разговор, чем из настоящего интереса. От этого места, несмотря на название, мне не прибавлялось спокойствия, скорее наоборот — становилось конкретно не по себе, и вовсе не потому, что в любой момент могли нагрянуть термиты. Как будто я зашёл в чужой дом без приглашения и грязными ботинками топчусь по хозяйскому ковру. И ничего, что этому «дому» было триста лет минимум, а хозяева в лучшем случае разбежались…
— Разными, — сказал Кёльколиуке, немного помолчав. — Очень человеческими. Страхи. Мечты. Эмоции. Крохотные. Громадные. Разные.
— Прямо эмоции и страхи? — спросил я недоверчиво, на этот раз заинтересовавшись на самом деле. — Типа страха смерти, отчаяния, зависти? Старые боги их олицетворяли? Я думал, они были получше текущих.
— Были. Получше, — я почти ощутил, как спрятанный в гримуаре дух пожимает плечами. — Зависть. Отчаяние. Справедливость. Ярость. Любовь. Гордость. Страх смерти. Амбиции. Надежда. Счастье. Не зло. Просто всё. Что есть люди.
Я задумался над его словами. До этого момента о старых богах при мне упоминали разве что вскользь, да и то понятно — те сбежали или погибли после пробуждения Улхсотота. Учитывая то, что люди и после Ночи ночей продолжали испытывать весь спектр эмоций, хотя и с понятным уклоном в негатив, поражение прежних хранителей Анимы не превратило население в психопатов. Сложная тема.
— Кому понадобилось строить храм на такой глубине?
— Место. Силы.
Мне хотелось расспросить Кёльколиуке поподробнее, но тут размытое неприятное чувство сменилось чётким сигналом от интуиции — надвигалась настоящая опасность.
Зараза! Так заболтался, что даже путь к отступлению не нашёл!
