-Будь осторожен, – тихонько прошептала она, обняв его за шею и поцеловав в щеку. От этого объятия и поцелуя все куда-то оборвалось и боль превратилась в сладкую песню. Баз улыбнулся, взяв ручку девушки и прижав к губам.
-И вы берегите себя, мисс Уида. Прощайте.
Стейн едва не остался без единственного глаза. Хозяин, такой жалкий и слащавый с виду, оказался настоящим демоном в бою, а его оружие- тонкая длинная игла, с непостижимым человеческому глазу проворством сновала, парируя удары кинжала и умудрившись достать Илосовича, кольнув его в щеку под здоровым глазом. Проскочила синяя искра и Стейн с криком отшатнулся, схватившись рукой за лицо. Он метался и кружил вокруг блондина, пытаясь добраться до нитей-трубок за его спиной, которые налились алым , но Хозяин ловко уворачивался и ухитрялся не подпустить к трубкам отца и сына.
Хозяин с шипением пошатнулся, на его лице застыло недоуменное, какое-то обиженное выражение. Стейн заметил вдруг, что нити-трубки за его спиной снова стали прозрачными. И словно толкнуло его изнутри- вот он, шанс! Чарли скрипнул зубами, когти отца прошлись по его плечу, вспарывая нежную кожу, пачкаясь кровью. Стейн на миг коснулся губами макушки сына. Сейчас или никогда!
-Помни, – шепнул он мальчику и бросился вперед, на врага. Но тот в последний момент успел отскочить и прокричать что-то истошным голосом.
Пол задрожал, плиты его ходуном заходили, разъезжаясь, подымаясь и опускаясь. Стейн вскрикнул, едва не рухнув в пустоту. Но хуже было то, что из расщелин и отверстий между плитами полезли какие-то отвратительные бурые щупальца. Одно из них схватило завизжавшего от ужаса Чарли, ещё два вцепились в Илосовича, в руку и ногу. Стейн ударил когтями, рыча от ярости и страха за сына. Вопль ярости был ему ответом. Почти сразу тонкое щупальце, вырвавшись из расщелины, оплело его свободную руку.
Баз бежал так, как не бегал никогда в жизни. Сердце его выпрыгивало из груди. Он бежал по дороге, светящейся алым, пульсирующей под его ногами. Внизу, под хрустальной поверхностью бесновались кошмарные клубки щупалец, то и дело выплевывавшие разинутые пасти. Чарли, сейчас важен только Чарли! Баз никогда не молился так, как в те мгновения. И он не сразу сообразил, выскочив на открытую платформу перед поднимающимися и опускающимися плитами, что его путь окончен. Лишь спустя мгновение он увидел Чарли, растянутого в воздухе, кричащего от боли, а рядом его отца, мистера Стейна. Сердце оборвалось от ужаса и отчаяния. Чарли попытался забраться на одну из плит и ему это удалось. Он едва дышал, проползая под клубами щупалец, забираясь на одну платформу и спрыгивая на другую, пока не добрался до Чарли.
-Баз, – младший Стейн хрипло дышал, растянутый до предела, с побелевшим лицом и серыми губами, -возьми… это убьет… Хозяина…
Что-то упало на плиту возле База и он опустился на колени, подбирая стесанный клок плоти с росшим из него когтем. Подкатила тошнота, но юный Рэтбоун усилием воли загнал её внутрь.
Это был самый страшный и тяжелый путь в его жизни. Он слышал насмешливый и торжествующий голос Хозяина, издевательские слова, брошенные в адрес обоих Стейнов. Он не улавливал смысла, все силы его тела и рассудка были сейчас брошены на то, чтобы обойти врага и подобраться к нему незамеченным сзади. Баз понимал, что вся надежда сейчас только на него. Перед глазами стояло искаженное мукой лицо Чарли и прекрасное личико мисс Уиды, казавшееся ему ликом ангела.
Вот и Хозяин. И его спина с безжизненно обвисшими нитями-трубками, через которые обычно поступала кровь его жертв. Теперь нет крови и нет поддержки. И неоткуда ему подпитать свои силы. Баз крепко сжал свое маленькое, но смертоносное оружие. И изо всех сил всадил коготь, смоченный в крови Чарли в шею Хозяина…
Страшный вопль потряс до основания Башню. База отшвырнуло громадным щупальцем. Но вместо того, чтобы грянуться о мраморные и хрустальные плиты, он упал на что-то живое, смягчившее удар.
-Чарли!
-Папа, там папа!!
Но Баз крепко обнял друга, не дав ему последовать за Алисой. Плиты ходили ходуном, но мальчишкам всё же удалось выбраться наверх, на статичную платформу, что была у самого входа. Отсюда им было видно бьющееся в агонии, разлагающееся на глазах тело Хозяина. Щупальца почернели и стали опадать, превращаясь в омерзительную черную жижу.
