Я в сопровождении охраны и нескольких ликторов, положенных мне на время триумфа, отправился к белоснежному шатру, вокруг которого были рассыпаны лепестки цветов. Внутри сильно пахло благовониями. Немного света проходило сквозь круглое отверстие под потолком. В полумраке меня ожидали семеро жрецов разных богов и двое храмовых гибридов, внешность которых не несла никаких негативных последствий смешения крови. Юноши, обладающие стихийной магией.
— Пришёл человек, а выйдет бог, — гулко произнесли разом жрецы, бывшие в основном уже почтенным старцам. — Сбрось одежды человеческие и оковы человеческие.
На время празднования триумфатор становился как бы земным воплощением Теуса. Вполне вероятно, что раньше чествование посвящали Забытому, но с тех пор порядки изменились.
Следуя ритуалу, я начал снимать броню и одежду с помощью гибридов. Жрецы тем временем готовили для меня купель из смеси воды, вина, благовоний, масел и небольшого количества жертвенной крови.
— Благость Отца Небес да сойдет сегодня на достойнейшего мужа, — нараспев повторял фламин Теуса, дымя кадильницей. — Да наполнятся его мысли высокой мудростью.
Дым от благовоний почему-то напомнил мне запах пороха, который я недавно ощущал во время небольшой демонстрации нового оружия для Стилиона и Ноция.
«Громко, но зачем нам эта диковинка?» — не особо впечатлившись, спросил Стилион.
Гинд показал ему прототипы обреза, пищали, гранаты и легкой пушки, которую в средние века бы назвали гаковницей.
«Ну уважаемый Лиардиан…» — негодовал Гинд, любимой игрушкой которого недостаточно восхитились. — «Подумайте… Только представьте! Такая невероятная ударная мощь без всякой магии!»
«А оно без магии? Ну и ладно. Но ведь с магией можно сделать даже мощнее, да? Эта железная палка…» — кивнул он в сторону гаковницы. — «Пробила дыру в стальной пластине. Замечательно. Но какой-нибудь великан вообще может разорвать человека в доспехах пополам. Есть ещё все эти ваши любимые катапульты, баллисты и прочие метательные машины».
«Важен не только текущий результат, а сам потенциал», — пояснил я. — «Это не магия. Не что-то чуждое и враждебное. Перед тобой технология, которую способны воспроизвести обычные люди. Абсолютно новое оружие. При этом не штучный экземпляр или редкий артефакт. Важна тенденция. Один шаг вперед, затем другой, третий. Это может поднять цивилизацию на совершенно иной уровень развития».
«Уважаемый триумвир…», — с явным скепсисом, но соблюдая приличия произнес Стилион. — «Это просто забавная штука. Однако, наверное, некоторых людей ей можно впечатлить. Севидий Младший её видел? Он мог бы…»
Я тогда, выпрямившись во весь рост, взял Стилиона за плечи и слегка тряхнул. Тот дернулся, смотря на такое мое поведение с удивлением.
«Послушай меня, парень, и послушай внимательно. Я не просто человек или монстр. Мне были открыты вещи, которые многим даже не снились в кошмарах и самых сладких грёзах. Мне этот мир уже понятен полностью. Значит ли это, что я всегда прав? Нет. Это значит, что мои слова надо принимать со всей серьёзностью. Перед тобой не просто стреляющие палки, Стилион. В этом грохоте ты слышишь шаги будущего, которое пока не способен представить. А я его видел! Всегда думать и сомневаться — полезная черта, но сейчас тебе надо мне поверить. Я уже совершил многое из того, что люди почитают великим и еще совершу. Поэтому очень внимательно слушай мои идеи. Запоминай, принимай к сведению и выполняй. Ясно?»
Привычное выражение надменного скепсиса ушло с лица юноши. Уверен, сейчас его ум и гордость сцепились, пытаясь перехватить контроль над личностью.
«Хорошо, хорошо, уважаемый триумвир», — наконец примиряющим тоном произнес Стилион. — «Вы, действительно, что проявляли феноменальную осведомленность. Доверюсь вам в этом вопросе».
Уж доверься. У меня критически не хватает времени на прогрессорство, но, может быть, если не сделаю все сам, то хоть брошу семена, из которых потенциально могут вырасти новые технологии и новые паттерны мировосприятия.
— Теус всемудрый, Теус, блещущий молниями, — начитывал жрец, пока я окунался в медную купель.
Закрыв глаза и зажав ноздри, погрузился с головой в горячую смесь с пряным запахом. Спустя почти тридцать секунд я поднялся, снова вдыхая окуренный воздух. Мою покрытую шрамами кожу отерли чем-то мягким. Жидкость ушла, но особый запах остался.
Ритуальное омовение призвано было как бы временно смыть мою смертную сущность, чтобы божественная сила снизошла на меня. Снизошла больше обычного. Так-то я уже избранник сразу нескольких небожителей.
Гибриды облачили меня в пурпурную тунику, расшитую золотой пальмовой ветвью, и тогу, тоже расшитую золотом. На голову возложили золотой лавровый венок, украшенный молниями. Регалии по роскоши практически превосходящие императорские. Однако сегодня мне как победителю и временному воплощению бога дозволено предстать в таким виде перед народом.
