Стратеги - избранники богов, способные передавать свою волю многотысячным армиям. Они смотрят на битву с высоты птичьего полета, отдавая отрядам и героям приказы. Столетиями этот дар был залогом процветания Империи наравне с многочисленными легионами. Никто не мог бросить вызов этой силе. Но вот страна охвачена пожаром восстаний, на востоке из пепла, праха и жажды мести восстает древнее царство. Ветра войны несутся и закручиваются в ураган, чтобы смести с лица земли привычный всем мир. Что будет после? Решит противостояние стратегов.
Древо Жизни. Словно маяк оно испускало лазурно-голубое сияние. Мягкий, нежный свет лился из могучей кроны исполина, один взгляд на которого заставлял мое сердце сжиматься от тоски и боли.
Я шёл к нему сквозь рощу молодых деревьев, которую невероятная жизненная сила за считанные дни подняла из праха. Бесплодный пепел послужил удобрением для тысяч новых растений. Все вокруг преобразилось до неузнаваемости. Ещё недавно гиблое место радовало глаз изумрудной зеленью. Свежие, налившиеся соком листья практически сияли в лучах солнца и магического света, исходящего от Древа.
Это все было так прекрасно.
Это все стоило мне самой искренней и важной любви в жизни.
Теперь я снова шёл к сияющему светом тепла и доброты Древу, в тщетной эгоистичной надежде забрать Нэл себе. Вырвать её из окружения тысяч уже не несчастных, а вполне счастливых душ. Но я тоже жаждал снова ощутить это безграничное счастье. Разве не заслуживают его все подвиги и лишения, которыми полон был мой долгий путь?
Шаг, ещё шаг.
Я вязну в этом обволакивающем свете. Тяну руки, но не могу ухватиться за него. Я ощущаю на себе внимание Нэл. Малый его осколок, безмолвно выражающий мне сочувствие и сострадание. Хочется кричать. Вырвать из ножен магический клинок и разрубить все преграды на своем пути. Однако этот мягкий свет гасит мою ярость.
Я успокаиваюсь и, проснувшись в славном городе Рег, ощущаю не ярость, но лишь бесконечную тоску по утраченному блаженству.
Уже светало. В домусе достойного семейства Лиардиан пока что проснулись только слуги и принялись готовить жилище к пробуждению его почтенных хозяев.
А вот город уже давно не спал. Впрочем, он никогда совсем не погружался в забытье. Так, дремал вполглаза где-то между четырьмя и шести утра.
Выйдя в стратегию, я узрел его с высоты птичьего полёта. Рег. Столица Империи. Трехтысячелетний город. Исполинский мегаполис этого мира, кипящий жизнью днём и даже ночью. Сквозь сумерки проступали контуры трех-четырехэтажных домов и зданий побольше. Театры, храмы, арены, площади и городские башни. На фоне огней выделялись изящные арки акведуков, несущих воду с ближайших гор.
Три дня назад Рег дождался своего блудного стратега и триумвира, который принес из далеких земель победу над загадочным злом. Ещё вчера Севидий Лиардиан Младший радостно вещал, что все меньше слухов связывают появление Порчи со мной лично.
«Расстояние искажает масштаб либо в меньшую, либо в большую сторону», — с умудренным видом рассказывал молодой аристократ и мой пиар менеджер по совместительству. — «Многие добропорядочные граждане Империи всегда были уверены, что далеко на Севере водится какая-то очень опасная дрянь. Терпя поражение, злокозненный мятежник Геор выпустил эту гадость из заточения с помощью тёмных чар наемной колдуньи Ал… как там её…» — Севидий посмотрел в один из своих свитков и произнес имя Альденг.
Складно все выходит. Звучит даже реалистичнее чем правда. Мне вспомнилось бледное лицо Лав на фоне мрака, хитрая улыбка на устах ведьмы и её слова:
«Этого мы никому не скажем. Прошлое хранит очень много тайн и хранит их надежно. Пройдут века, сменятся поколения. Людям новых времен будет плевать, кто там кого убил тысячу лет назад. Мы с Азардом это уже прошли».
Вот значит как творится история.
Много сотен лет назад Азард взял опеку на двенадцатью детьми, поселив их во Дворце Дэвов. Он играл с ними, учил магии рассказывал о древних временах своих ратных подвигов. Не день, не два, даже не месяц. Он воспитывал их годами, чтобы затем Годрак Рег Ксанд принес этих детей в жертву. Так было сотворено заклятье крови, ставшее одной из основ прошлого миропорядка. Могущественная молодая богиня вернула рассудок, но оказалась заперта в стенах Дворца Дэвов.
«Я помню… Очень хорошо это помню сколько бы не пил», — признался мне архимагистр, когда мы наблюдали первые минуты существования Древа Жизни. — «Их взгляды, голоса, мечты и мольбы. Чувствую ли вину? Да. Поступил бы иначе? Нет. Чего только не сделаешь ради спасения своего ребёнка. В конце концов, если бы не я, то они погибли ещё раньше вместе со всеми людьми. А думаешь, Неридию предавать мне было не тяжело⁈ Ты должен это понять, Михаир. Знаешь, что значит любить богиню… Но я предал её. Её и нашу дочь. А потом, пытаясь хоть как исправить этот грех, совершил новый. Предательство породило еще одно предательство».
И я тогда спросил у него:
«А разве Неридия не могла предсказать будущее? Увидеть вариант, где её предавали?»
«Могла», — кивнул волшебник. — «Но в будущее ведет много запутанных тропок. Вероятно, в большинстве вариантов я оставался на её стороне. Могла ли Неридия перестраховаться? Да. Но решила довериться мне», — улыбнулся чародей, глянув на Лав. — «Нам. И поплатилась за это».
В будущее ведет много тропок. Полотно судьбы плетет само себя.
Мне вспомнились «великие пророчества» Велвегров. Самое парадоксальное, что частично они сбылись.
