Еще раз втянув воздух расширенными ноздрями, химера раздраженно, будто плетью, хлестнула длинным хвостом, отчего вверх взлетели клочья скошенной травы, и повернулась, уводя за собой стаю. Мы с эльфом, тяжело дыша, следили за тем, как они призраками растворяются в сгустившейся водной завесе.
Я дышала особенно тяжело, готовая упасть и умереть прямо здесь, а эльф быстро оправился, нашел валяющийся в углу факел, зажег, и пошел вглубь. Мне больше ничего не оставалось, как потащиться за ним. Не идти же, обиженной, назад к голодным химерам, которые только обрадуются, только потому, что кое-кто не позвал меня за собой, а пошел вперед молча, будто держит меня за поводок!
— Что это было? — спросила я и испугалась, когда стены отразили эхом мой вопрос. Они же вроде не такие уж большие, а потолок вообще низкий, метра три. Я ожидала увидеть широкие залы со сталактитами, а тут — нора в камне. Что-то такое сильно мне напоминающая.
— Ты о чем спрашиваешь? — эльф догнал коня, ждущего нас в глубине, и повел его дальше. Тот неуверенно похрапывал, но протестовать в открытую не спешил.
— О том, что звери отступили. Чего они испугались?
— Точно не знаю, но кое-какие подозрения имеются. — Диннариэль напряженно оглядывался назад, словно ожидал, что в сухую пещеру внезапно с хохотом влетят химеры и завопят: «Та-дам! А вот и мы, рановато вы расслабились!!». К счастью, такого не случилось, и вроде бы, не ожидалось.
Я хотела расспросить подробней о его подозрениях, но он внезапно уронил на землю факел, ухватился обеими руками за перепугавшегося коня и повис на нем, словно ноги уже не держали, а падать из принципа не хотелось. Цветом лица эльф сравнялся с сырой штукатуркой, и по сравнению с ним любой вампир показался бы загорелым и румяным (хотя как я могу судить, вампиров-то не видела). Изысканную зеленоватую бледность только подчеркивали черные мокрые волосы. Оставаться одной наедине с дохлым остроухим мне почему-то не захотелось. А вдруг он еще после смерти встанет!?
— Эй, Динар, ты чего!? — ответом мне послужил судорожный вздох и побелевшие пальцы, вцепившиеся в конскую гриву и седло. Эльф вроде как пытался дышать, хотя у него это получалось как у чахоточника на последней стадии. Хрипы, как будто он захлебывался, или ему сдавили горло, напугали меня до икоты.
— Ди-динар!!!
— Да не ори ты. — Вымученно простонал он, уткнувшись лицом в шею обалдевшего коня, не понимающего с чего вдруг так много внимания, но ведущего себя спокойно. Я подобрала факел и встала рядом, опасаясь его трогать: вдруг сделаю хуже. Только оглядывалась, гадая, что это с ним. Устал от нашего геройского рывка? Так ведь я вместе с ним бежала, но на ногах держусь. Или потому что он перед этим бродил по лесу? Но ведь вернулся, даже не запыхавшись… Так почему сейчас выглядит как зомби с воспалением легких!?
— Ди-ин! — забеспокоилась я, когда он начал сползать на пол, все еще хватаясь за коня, которому было уже явно не по себе от того что его гриву решили проредить методом выдирания. — Ты только не умирай, а? Дин!
— Уже много лет как Дин — буркнул эльф, выпрямляясь и разжимая пальцы. Ему вроде бы полегчало, хотя цвет лица был как у несвежеубиенного. — Успокойся, ничего страшного. Сейчас оправлюсь.
Он наклонил голову, упершись в лошадиную шею лбом, и тяжело задышал через рот.
Ценой невероятных волевых усилий я дождалась, пока он отпустит коня, очень обрадовавшегося этому обстоятельству, и твердо встанет на ноги. Он все еще был бледным, но глаза приобрели нормальный блеск. Эльф разжал руки и уставился на выдранные волоски из конской гривы. Конь оч-чень укоризненно глядел на хозяина, мол, ты в своем уме, бессловесную скотину мучать?
— Теперь коню осталось повыдирать волосы мне, и мы по кругу квиты — предложила я. Эльф слегка улыбнулся, и это говорило о том, что он еще на этом свете. — Что это тебя сейчас колбасило?
— Меня сейчас… что!? — вытаращился он на меня. Я шлепнула себя ладонью по лбу.
— Что сейчас с тобой было? Шок?
— Да, я же слабонервная девица. — Обиделся дивный, тряхнул мокрыми волосами, хлестнувшими его по затылку, и снова взял в руки поводья. Конь явно нервничал, но предпочел не сопротивляться до поры до времению. Я даже пожалела бедное животное и мысленно пообещала ему, что в городе обязательно угощу морковкой.
— Ну, так ты мне расскажешь, почему вдруг начал изображать умирающего лебедя? Я чуть инфаркт не получила!
— Потратил слишком много сил. Это у третьего ранга легко выходит ускорять ход, перепрыгивать разломы, и разрушать мосты, а я, извините, только эльф с даром Целителя.
Угу, теперь ясно, откуда взялись чудеса с полетами. А я уж думала мысленно записывать себя в книгу рекордов Гиннеса.
— Хотя, с другой стороны, сильных магов бьет откатом… — Он тяжело вздохнул, прижимая пальцы к вискам. — А он гораздо хуже.
— Еще вопросик: откуда ты знал, что химеры отступят?
— Я не знал.
