Оланда вспоминала как они впервые встретились три года назад, и прониклись симпатией друг к другу. Найджел думал же о том, что никогда не встречал девушки красивее. Да, такие несомненно существовали в природе, но когда любишь нет человека лучше и милее, чем тот, от чьего взгляда и прикосновения сердце начинает биться чаще.
Но виделись молодые люди реже, чем хотелось бы. Большой удачей было то, что судьба свела их в замке Шрито, предоставляя возможность никуда не спешить, побыть наедине, только вдвоем. Забыть о проблемах.
— Знаешь, — сказал Найджел задумчиво; светлая макушка упиралась ему в подбородок и он вдыхал аромат волос Оланды. — Когда мы станем полноправными Ловцами, то нам уже не придется повсюду таскаться за своими наставниками. Сможем где-то осесть…
— Смотри чтобы к тому времени мы друг другу не надоели, — буркнула Оланда.
— Никогда, — ответил Найджел серьезно, без тени свойственной ему шутливости. — Крофф, я жизнь за тебя отдам.
— Что ты заладил с этим Крофф? Называй меня по имени. Ты ведь не забыл, что оно у меня есть?
— Не забыл, — губы Найджела растянулись в довольной усмешке, ему нравилось злить Оланду. — Но по фамилии интереснее.
— Это еще почему?
— Оланд много, — пожал плечами Найджел. — А Крофф есть лишь одна.
Девушка фыркнула, но позже на ее лице появилась довольная улыбка. Ей было хорошо сейчас.
— Тогда я буду называть тебя Мистер Плохой Юморист, — сказала она. — Ты тоже такой один.
Найджел рассмеялся.
— Как скажешь. Только сама потом не забудь. Сокращенно будет Мистер ПЮ, — ухмыльнулся он, старательно выговаривая последнее слово. — Когда буду получать звание магистра, то назовусь именно этим именем.
— И опозоришься.
— А вот и нет.
— Да, да. Все будут над тобой смеяться.
— Но ведь я же буду Юмористом, — заметил Найджел резонно. — И если будут смеяться, то значит уже не плохим, а хорошим. Мистером ХЮ.
— Ты невыносим.
А потом мерные, успокаивающие лестные звуки сменились грохотом сильного взрыва. Не успели молодые люди опомниться, как уже были на ногах. Сработали рефлексы, выработанные бесконечными часами тренировок.
— Что это? — прошептала Оланда, опасливо вертя головой.
Взрыв повторился, а следом за ним еще несколько. Послышался далекий треск деревьев и крик перепуганных птиц, взмывающих в небо.
— Не знаю, — пробормотал Найджел, поднимая с земли ножны со своим хайкелем. — Но звук шел оттуда. Пойдем посмотрим?
— Может не надо? — Оланда в беспокойстве прикусила нижнюю губу.
— Чего ты боишься? Мы ведь Ловцы, нет? Нам на роду написано быть там, где другим не положено.
Белоснежный потерял в арсенале слишком много времени, тем более, что как оказалось, не все Ловцы заглотили его приманку. Когда хайкель Сирила Сафэра был найден среди остальных, Избранный вышел в коридор, где его уже ждали.
Мужчина не особо грозного вида стоял у лестницы, почесывая щетину словно пес, изгоняющий блох. Заметив Белоснежного он оторвал руку от лица и поглядел в его сторону с долькой самодовольства.
— А вот и незваный гость, — улыбнулся Кэсул. — Едиктору еще многому предстоит научиться. Все же в лордах он ходит не больше десяти лет, и ему недостает… чутья. Особенно если враг подобен тебе.
— Ты знаешь меня? — Белоснежный Убийца совсем не испугался. Избранный стоял напротив лорда, и их разделало всего лишь десять метров коридора. Ничтожно малая дистанция для столь могучих врагов.
— А то. Ты один из Темных, паршивый кусок от Повелителя. Судя по этим длинным волосам, одежде и цвету глаз, — Кэсул задумался. — Белоснежка, верно?
Избранный не обратил внимания на оскорбление. Его бледное лицо вообще не выражало никаких чувств.
— Если ты знаешь, кто я, — медленно начал он. — То неужели рассчитываешь расправиться со мной в одиночку?
— В одиночку? Нет. Я не настолько глуп, тем более прекрасно осведомлен на что способен ваш брат. Там, в Модрианском княжестве сорок лет назад, был один, не помню его имени. Кажется Пожирающий Плоть. Та еще тварь: убил восьмерых наших, а после сбежал.
— Уйди с дороги, Ловец Жизни, — предупредил Белоснежный. — Иначе умрешь и ты.
— Бахвалиться не стану, — Кэсул пожал плечами. — Возможно так и случиться. Но ты отсюда не выйдешь. Прежде чем спуститься, я заблокировал лестницу сильным заклятием, с которым даже Темному быстро на совладать. Ну а после прибудут мои товарищи, и все закончиться. Я уже использовал
— Очки надень.
Это было последнее, что сказал Белоснежный Убийца перед тем как броситься в бой. Время поджимало, и следовало расправиться с лордом до того, как к нему явиться подмога.
Но в узком каменном коридоре от шальной скорости и подвижности двух сверхлюдей не было никакого проку. Хайкель столкнулся с шестом Избранного, и начался хаотичный обмен ударами, без всяких маневров и хитростей. Лишь стены замка страдали, крошась и осыпаясь, когда кто-то из дерущихся задевал их своим оружием.
