— Да я вообще-то, не люблю пиццу с ананасами.
— Латентный, значит, — в разговор вмешалась девушка в куртке, — ничего, это пройдет.
— В смысле «латентный»? — спросил Пронин, испуганно вытаращив глаза: происходящее нравилось ему все меньше и меньше.
— Будь мужиком! — сказал парень в пижаме, — не беги от себя.
— Да ладно, вам, ребята. Хорош прикалываться…
— Мы не прикалываемся, — сказал парень в футболке и трениках, — это все на самом деле: если человек очень сильно ненавидит пиццу с ананасами, значит, он латентный любитель пиццы с ананасами.
— Чувак! — произнес Максим, — ты меня извини, конечно, но ты порешь какую-то чушь. Во-первых, я не ненавижу пиццу с ананасами, я ее просто не ем. А во-вторых…
— Вот-вот, — усмехнулся парень в пижаме, — ты уже не так и сильно ее ненавидишь. Это — прогресс. Теперь осталось признаться, что ты просто обнажаешь пиццу с ананасами.
— Вообще-то я обожаю пиццу с копчеными колбасами…
— Это такой дежурный отмаз? — спросила девушка в куртке.
— Нет, это правда. Я никогда особо пиццу с ананасами не любил и вообще не понимаю, почем из-за нее такой сыр-бор. Почему в Америке всех заставляют ее есть, а в России ее запрещают. Дурдом какой-то, ей-богу, дурдом.
— Я что-то не поняла… — она удивленно нахмурила брови, — ты вообще на чьей стороне?
— Не на чьей. Я на стороне здравого смысла.
— Подожди, — тут нарисовался еще один участника разговора, парень в джинсах и сером свитере, на ногах у которого были зимние кроссовки.
Его Максим не сразу заметил, так как этот человек сидел в самом углу.
— А не засланный ли ты казачок?
— В смысле? — непонимающе спросил Пронин, — я вообще тут ни при чем. Меня утром разбудил стук в дверь, это оказались «маски-шоу»…
Машина вдруг резко затормозила, и сидящие в ней едва не полетели друг на друга. Максим успел вовремя схватиться за какую-то ручку.
— Эй! — крикнул тот, кто бы в пижаме, судя по всему, его крик был адресован водителю, — ты поаккуратнее, не дрова везешь.
Все, кроме Максима, оценили шутку и засмеялись. Максиму же было не до смеха.
Вскоре их привезли в полицейский участок. Долго держали в коридоре. Наконец, следователь начал вызывать по одному. Сначала вызвали парня в пижаме. Допрашивали долго. Из кабинета уже увели в наручниках, друзья по несчастью проводили его сочувственным взглядом. Потом настала очередь девушки в куртке. Ее постигла та же участь. Наконец, коп в синей фуражке, высунувшись из двери, произнес:
— Пронин.
Максим вошел в кабинет.
— Ну-с, — проговорил толстый дознаватель в сером пиджаке, вытерев платочком потеющую лысину, — будем писать явку с повинной?
— Э… м… — пробормотал парень, — но я же ничего не сделал!
— Да? И экстремистскую статью в интернете не лайкал?
— Экстремистскую? — испуганно переспросил Максим, — нет, ничего экстремистского я не лайкал, и даже не читал!
— Решили, значит, в несознанку идти, гражданин Пронин? Жаль. Чистосердечное признание облегчает наказание.
— Я не понимаю, о чем вы. Это какая-то ошибка.
— Ошибка, значит. Петрович, принеси распечатку.
Высокий полицейский с красными, как будто от недосыпа глазами, быстро куда-то ушел, а вернулся с бумажкой. Следователь поднес документ прямо к лицу Максима.
— Что видишь? — фамильярным тоном спросил он.
На бумажке куча цифр и букв, среди которых парень узнал интернет-адреса.
— Не знаю, — пожал плечами задержанный, — логи какие-то.
— Это список посещенных вами страниц, предоставленный Интернет-провайдером. Все, что вы делали в интернете, записано. Отпираться бесполезно.
И тут до Максима начал доходить жуткий смысл происходящего. Он вспомнил, что читал статью, где какой-то блогер критиковал запрет пропаганды пиццы с нетрадиционным вкусом. А это, в этом мире, видимо запрещено.
— Э… протянул парень, — без адвоката ничего говорить не буду.
— Ну, звони своему адвокату, если он у тебя есть, — ехидно проговорил дознаватель.
— А разве мне не должны предоставить бесплатного государственного адвоката?
Присутствующие в кабинете дружно захохотали.
— Бесплатно мы тебя только дубинками можем отмудохать, грязный любитель пиццы с ананасами, — сказал следователь.
— Э… я не любитель пиццы с ананасами.
— Тогда зачем лайкал экстремистскую статью? Или ты не смотрел, что лайкаешь?
— Не помню такого. Если вы под «экстремистской статьей» имеете в виду «пропаганду пиццы с анисами», то я такую фигню точно не лайкал. Не люблю пиццу с ананасами. Вот с копчеными колбасками — другое дело.
— А ты хоть пробовал сам пиццу с ананасами? — таким вкрадчевым голосом спросил полицейский.
Пронин хотел было сказать, что когда-то давно попробовал (он действительно пробовал в своем мире, где это не было запрещено), но она ему не понравилась. Парень даже открыл рот, но вовремя спохватился и только промычал:
— М… э… эм…
— Все-таки пробовал?
— Не пробовал, но осуждаю! — нашелся Максим.
— Правильно! — одобрительно произнес коп, которого следователь назвал «Петрович», — пиццу с ананасами едят только грязные извращенцы.
— Да, грязные, — поддакнул Максим.
— Значит, стало быть, гражданин Пронин, экстремистскую статью вы лайкнули по ошибке? — спросил дознаватель.
