Это действительно был Нед Гоуэн, пожилой эдинбургский адвокат, который некогда спас меня от сожжения. Он заметно постарел и так сморщился, что стал похож на одно из сушеных яблок, которые я видела в подвале. Однако яркие, умные черные глаза остались прежними, и они сразу впились в меня.
– Моя дорогая! – воскликнул он, просияв, и порывисто устремился вперед, галантно подхватил мою руку и с поклоном прижал к своим сморщенным губам. – Я слышал, что вы…
– Что привело вас сюда?
– Счастлив увидеть вас снова!
– Я так рада снова встретиться с вами, но…
Хобарт Маккензи прервал этот восторженный обмен любезностями, деликатно кашлянув. Мистер Гоуэн озадаченно посмотрел на него, затем кивнул.
– Ах да, конечно. Сначала дело, моя дорогая, – сказал он, отвесив мне галантный поклон, – а потом, если захотите, я с величайшим удовольствием послушаю рассказ о ваших приключениях.
– А… я постараюсь, – сказала я, подумав, насколько упорно он будет настаивать на моем рассказе.
– Чудесно, чудесно.
Он обвел взглядом холл, не пропустив своими зоркими маленькими глазками Хобарта и Дженни, которая повесила свой плащ и остановилась у зеркала, приглаживая волосы.
– Мистер Фрэзер и мистер Муррей уже в гостиной. Мистер Маккензи, если вы и дамы согласитесь присоединиться к нам, мы сумеем быстро уладить ваши дела и перейти к более приятным вопросам. Вы позволите, моя дорогая?
Он с поклоном предложил мне согнутую в локте руку.
Джейми по-прежнему полулежал на диване и примерно в том же состоянии, то есть живой. Дети ушли, за исключением одного круглолицего малыша, который так и уснул, примостившись у него на коленях. Волосы Джейми были заплетены в несколько маленьких косичек с веселенькими шелковыми ленточками, что придавало ему неуместно праздничный вид.
– Ты выглядишь как Трусливый Лев из страны Оз, – шепнула я ему, усаживаясь на подушечку для ног рядом с диваном.
Мне не верилось, что Хобарт Маккензи способен на какую-нибудь отчаянную выходку, но на всякий случай хотелось находиться поближе к Джейми.
Он с удивленным видом приложил руку к голове.
– Трусливый Лев?
– Тихо, – шикнула я. – Потом расскажу.
Все остальные расположились в гостиной. Дженни села рядом с Айеном на двухместном кресле, а Хобарт и мистер Гоуэн устроились на бархатных стульях.
– Все в сборе? – осведомился мистер Гоуэн, обведя взглядом комнату. – Все заинтересованные стороны присутствуют? Превосходно. Что ж, начать с того, что я должен заявить о собственном интересе и полномочиях. Я присутствую здесь в качестве адвоката мистера Хобарта Маккензи, представляющего интересы миссис Джеймс Фрэзер.
Он увидел, как я вскинула глаза, и уточнил:
– То есть второй миссис Джеймс Фрэзер, урожденной Лаогеры Маккензи. Это понятно?
Он вопросительно взглянул на Джейми, и тот кивнул.
– Да.
– Хорошо.
Мистер Гоуэн взял со стоявшего рядом столика бокал и сделал крохотный глоток.
– Мои клиенты, Маккензи, приняли мое предложение искать законный выход из запутанной ситуации, возникшей, как я понимаю, из-за неожиданного и непредвиденного – хотя, конечно, совершенно счастливого и удачного, – добавил он, поклонившись мне, – возвращения первой миссис Фрэзер.
Он с укором посмотрел на Джейми.
– Вынужден с сожалением сообщить, мой дорогой молодой друг, что в юридическом смысле вы ухитрились оказаться в весьма затруднительном положении.
Джейми поднял бровь и посмотрел на сестру.
– Не в первый раз, – сухо заметил он. – О каких трудностях идет речь?
– Ну, начать с того, что, – бодро произнес мистер Гоуэн, и его искрящиеся черные глазки погрузились в сеточки морщинок, когда он улыбнулся мне, – первая миссис Фрэзер будет совершенно вправе начать гражданскую тяжбу против адюльтера и преступной внебрачной связи, наказание за которую включает…
Джейми оглянулся на меня, блеснув голубыми глазами.
– Эта возможность меня особо не беспокоит, – сказал он юристу. – Что еще?
Нед Гоуэн с готовностью кивнул и поднял тощую руку, загибая пальцы по мере того, как перечислял свои пункты.
– При всем уважении ко второй миссис Фрэзер – урожденной Лаогере Маккензи – вы могли бы, конечно, быть обвиненным в двоеженстве, обмане, введении в заблуждение – c обдуманным намерением или нет, это отдельный вопрос, – преступном заблуждении, – он радостно загнул четвертый палец, – и…
Некоторое время Джейми терпеливо слушал, но в конце концов перебил адвоката.
– Нед, – мягко осведомился он, – чего хочет эта чертова женщина?
Маленький адвокат моргнул за очками, опустил руку и воздел глаза к балкам над головой.
– В общем, главное желание леди, как оно было выражено, – осторожно ответил он, – увидеть вас оскопленным и расчлененным на рыночной площади в Брох-Мордхе, а вашу голову – насаженной на кол над ее воротами.
Джейми пожал плечами и поморщился, потому что это движение потревожило раненую руку.
– Понятно, – сказал он, скривив губы.
Улыбка собрала морщинки у старческих губ Неда.
– Я был обязан информировать миссис… то есть эту леди, – поправился он, взглянув на меня и кашлянув, – что ее возможности по сравнению с желаниями несколько ограниченны.
