Его грудь задрожала, но уже не от холода, а от сдерживаемого смеха.
– Ничего, кроме как взять тебя, пусть даже вместе с проклятием, – ответил Джейми, нежно целуя меня в лоб. – Любовь к тебе провела меня через ад, и не один раз, англичаночка, и я готов рискнуть снова.
– Ба, – усмехнулась я. – Ты никак воображаешь, будто любить тебя – это нежиться на постели из розовых лепестков?
Теперь он рассмеялся вслух.
– Нет, но, может быть, ты не против продолжать любить меня?
– Может быть, несмотря ни на что.
– Ты очень упрямая женщина, – заметил Джейми с улыбкой.
– Рыбак рыбака видит издалека, – отозвалась я, после чего мы довольно надолго замолчали.
Было очень рано, часа четыре утра. Время от времени облака расступались и выглядывал низко висевший месяц. Ветер менялся, туман в поворотный час между темнотой и рассветом начинал редеть. Откуда-то снизу донесся одинокий голос тюленя.
– Как думаешь, ты в силах отправиться в путь прямо сейчас, не дожидаясь рассвета? – неожиданно спросил Джейми. – Стоит убраться с мыса. По ровной дороге лошади могут ехать и в темноте.
Все мое тело болело от усталости, желудок сводило от голода, но, услышав эти слова, я встала, убрала волосы с лица и решительно сказала:
– Едем.
– Ну разве что «Артемида».
Джаред захлопнул крышку портативного письменного стола и в задумчивости потер лоб. Кузену Джейми было за пятьдесят, когда я познакомилась с ним, а теперь – хорошо за семьдесят, но вытянутое лицо с курносым носом, щуплое телосложение и неутомимое трудолюбие остались прежними. Только волосы, когда-то гладкие, темные и густые, стали редкими и седыми и были небрежно перевязаны красной шелковой лентой.
– Это всего лишь средних размеров шлюп, команда человек в сорок, – пояснил он. – Но сезон уже на исходе, и вряд ли мы найдем что-то лучше. Все, кому нужно в Карибское море, отчалили уже месяц назад, да и «Артемида» давно ушла бы с конвоем на Ямайку, не задержись из-за ремонта.
– Мне главное – получить твой корабль и капитана, – сказал Джейми. – Тоннаж не имеет значения.
Джаред взглянул на кузена скептически.
– Ты так думаешь? Сдается мне, это только до тех пор, пока ты не окажешься в открытом море, где эта посудина будет болтаться как пробка. Позволь поинтересоваться, как ты выдержал переход через Ла-Манш на пакетботе, кузен?
Лицо Джейми, и без того осунувшееся и хмурое, от этого вопроса помрачнело еще пуще. Бедняга не только ничего не смыслил в морском деле, но и был подвержен морской болезни – она просто изводила его. Всю дорогу от Инвернесса до Гавра на него страшно было смотреть, хотя и плыть было всего ничего, и море оставалось спокойным. Да и сейчас, когда он вел эту беседу в портовом складе Джареда спустя шесть часов после прибытия, губы его оставались белыми, а под глазами не исчезли темные круги.
– Я справлюсь, – отрывисто сказал он.
Джаред посмотрел на него с сомнением, хорошо зная, чего ждать от подобного пассажира. Если Джейми становился зеленым, едва взойдя на корабль, стоящий на якоре у причала, то что говорить о двух-, а то и трехмесячном путешествии через Атлантику во чреве маленького, предоставленного воле волн суденышка. Признаться, зная Джейми, я и сама беспокоилась.
– Что ж, я думаю, тут ничем не поможешь, – сказал Джаред с тяжелым вздохом, будто откликаясь на мои мысли. – Ладно и то, – тут он улыбнулся мне, – что у тебя под рукой будет лекарь. Как я понимаю, дорогая, ты поплывешь с ним?
– Конечно. Сколько времени понадобится на подготовку корабля к отплытию? Я бы хотела найти хорошую аптеку, чтобы успеть пополнить свой медицинский сундучок.
Джаред сосредоточенно сжал губы.
– Даст бог, неделя, – сказал он. – «Артемида» сейчас в Бильбао, ей предстоит доставить груз дубленых испанских кож и меди из Италии – мы ожидаем ее здесь послезавтра, при попутном ветре. Капитан на рейс до Вест-Индии у меня пока не нанят. Хороший человек на примете есть, но, возможно, мне придется съездить за ним в Париж – два дня туда и два на обратный путь. Добавим день на то, чтобы заполнить бочки водой, запастись тем да этим – короче, можно будет отплыть в начале следующей недели.
– Как далеко до Вест-Индии? – спросил Джейми.
Во всем его облике угадывалось напряжение, которое ничуть не уменьшилось за время путешествия до Гавра. Он был натянут, как лук, и, скорее всего, останется таковым, пока не найдет племянника.
– Два месяца, если в сезон, – ответил Джаред, все еще слегка хмурясь. – Но вы припозднились на месяц, дело идет к зимним штормам, поэтому берите три, а то и больше.
Он мог бы сказать «если вообще доплывете», но бывший моряк был или слишком суеверен, или слишком тактичен, чтобы упомянуть о подобной возможности. Однако я заметила, как он украдкой постучал по дереву письменного стола.
