Фергюс крюком отвел назад прядь волос.
– Это было за день до того, как я снова встретил вас, миледи, у мадам Жанны.
В тот день я вернулась в Эдинбург. Все это произошло не более чем за несколько часов до того, как я нашла Джейми в печатной мастерской. Ночью он, Фергюс и команда из шести человек наведались на пристань в Бернтисленде, чтобы забрать несколько бочек контрабандной мадеры, припрятанных среди вполне невинной муки.
– Мадера не впитывается в древесину так быстро, как другие вина, – пояснил Фергюс. – Бренди невозможно пронести под носом у таможни, потому что собаки мигом его учуют. А мадеру – можно, если она только что залита в бочонки.
– Собаки?
– Некоторые из таможенников завели собак, миледи, обученных вынюхивать такие контрабандные товары, как табак и бренди. Так вот, возвращаясь к той истории. Мы благополучно забрали мадеру и принесли ее на склад, один из тех, что формально принадлежат лорду Дандасу, но на самом деле милорду и мадам Жанне.
– Конечно, – сказала я, снова с противной дрожью в желудке, какую чувствовала, когда Джейми открыл дверь борделя на Куин-стрит. – Они ведь партнеры, верно?
– Что-то вроде того, – с сожалением произнес Фергюс. – У милорда там всего пять процентов, и это при том, что он и место нашел, и для дела его приспособил. Мадам вложила живые деньги. Печатное дело – занятие гораздо менее прибыльное, чем содержание «дома удовольствий».
Марсали не оглянулась, но мне показалось, что ее спина напряглась еще больше.
– Да уж, пожалуй, – сказала я.
В конце концов, Эдинбург и мадам Жанна остались далеко позади.
– Рассказывай дальше. Кто-то может перерезать Джейми горло, прежде чем я выясню почему.
– Конечно, миледи, – с готовностью кивнул Фергюс.
Контрабандный товар был надежно спрятан, ожидая пос ледующей маскировки и продажи, и контрабандисты устроили передышку, чтобы освежиться напитками перед тем, как с первыми лучами рассвета разойтись по домам. Двое из них сразу попросили свою долю, поскольку нуждались в деньгах для уплаты карточных долгов или покупки провизии своим семьям. Джейми согласился и направился в помещение напротив, где у него в отдельной каморке хранилось золото.
Но стоило людям расслабиться, как все помещение содрогнулось. «Ложись!» – заорал Маклеод, более других искушенный в складском деле, и контрабандисты бросились кто куда за миг до того, как рядом с конторой Джейми со страшным треском разломилась крепежная решетка, удерживавшая пирамиду из бочек. Двухтонная бочка, скатившись с ее вершины, разнесла ограждение в щепки и разлетелась сама, взметнув ароматный фонтан эля, а следом за ней каскадом раскатилась вся пирамида.
– Милорд как раз проходил мимо, – поведал, качая головой, Фергюс, – и уцелел только по милости Пресвятой Девы.
Бочка приземлилась в нескольких дюймах от него, а от следующей он увернулся и запрыгнул в пустую винную клеть, ударившись о которую бочка изменила направление движения.
– В самом происшествии не было ничего необычного, – пожал плечами Фергюс. – Каждый год на складах Эдинбурга таким образом гибнет не меньше дюжины человек. Однако в сочетании с другим недавним происшествием…
За неделю до инцидента с бочками загорелся, как раз тогда, когда в нем работал Джейми, маленький сарайчик, полный упаковочной соломы. Светильник, находившийся между ним и дверью, неожиданно упал, солома вспыхнула, и Джейми оказался в ловушке, отрезанный от двери огненной стеной.
– К счастью, сарайчик и сам по себе был довольно хлипким, да и доски вдобавок основательно подгнили. Он вспыхнул как спичка, но милорд сумел пинком вышибить дыру в задней стене и вывалиться наружу, не пострадав. Сначала мы думали, что светильник упал сам, и радовались его спасению, но потом милорд сказал мне, что ему показалось, будто он услышал резкий звук – то ли выстрел, то ли просто треск старых досок. А когда обернулся посмотреть, перед ним взметнулись языки пламени.
Фергюс вздохнул. У него был усталый вид, и я подумала, что бедняга, наверное, караулил Джейми всю ночь.
– Короче говоря, – он снова пожал плечами, – толком мы ничего не знаем. Такое может произойти и случайно, и даже то, что два происшествия последовали одно за другим, может оказаться обычным совпадением. Но может и не оказаться, особенно если сопоставить это с засадой и убийством на дороге в Арброут.
– Может быть, среди контрабандистов есть предатель? – предположила я.
– Именно так, миледи. – Фергюс поскреб голову. – Но больше всего милорда беспокоит тот человек, которого китаец застрелил у мадам Жанны.
– Ты думаешь, что это был таможенник, который проследил за Джейми от пристани до борделя? Но сам Джейми говорит, что этот человек не был чиновником, поскольку не имел при себе никакого удостоверения.
– Это ничего не доказывает, – заметил Фергюс. – Но хуже то, что в кармане у него была брошюра.
– «Новый Завет»? – удивилась я. – Но какая тут связь?
– О, связь как раз есть, миледи! Или, во всяком случае, может быть, – возразил Фергюс. – Видите ли, брошюра была из тех, которые напечатал сам милорд.
