Бытует мнение, что ударить мужчину в пах — это самое верное средство защиты от хулиганов и насильников. Однако это не так. Это может быть верным средством только тогда, когда удар точен, а этого нельзя гарантировать. Тем более нельзя рассчитать удар, когда одежда не позволяет свободно двигаться, а на мне была тяжелая юбка до земли. Осложняет дело то обстоятельство, что нападающие знают об этой своей уязвимости и берегут промежность от подобных ударов.
Мне повезло: мужчина надеялся, что нападать будет он, и не рассчитывал, что я окажу сопротивление, да еще какое. Я попала в самую точку, потому что он стоял расставив ноги, когда держал меня. Тот, кто несколько минут назад напал на меня, беспомощно лежал, издавая стоны.
— Англичаночка, твоя работа? — шепнула темнота голосом Джейми.
Я вздрогнула и крикнула от неожиданности.
Мне снова закрыли рот.
— Тише, прошу тебя! — прошипел Джейми в мое ухо.
Мне очень хотелось укусить и его, но я не сделала этого.
— Да я уже поняла, — сухо произнесла я. — Кто с тобой? То есть кто напал на меня?
— Очевидно, Фергюс.
Лежавший снова застонал.
— Фергюс, ты? — уточнил Джейми. Услышав мычание, служившее подтверждением его догадки, он помог встать бедняге.
— Не шумите! Там засада, — предупредила я.
— Да? Ты так думаешь? — не поверил Джейми, удивившись во весь голос. — Я думаю, что здесь мы не представляем интереса.
Он умолк, и никто не ответил ему. Ветер шевелил кроны рябин, а других звуков не было слышно. Джейми, взяв меня за руку, крикнул:
— Маклауд! Риберн!
— Мы здесь, Рой, — сердито отозвались ближайшие кусты. — Мы слышим тебя.
— Иннес и Мелдрум тоже слышат, да?
— Да, и мы.
Кусты и деревья доселе прятали нескольких людей, теперь тихонько покидавших укрытие.
— …Пять, шесть… Где Хейс и Гордон? — поинтересовался Джейми.
— Гордон зашел в воду. Наверное, хочет обойти мыс. Я так думаю, — сообщил кто-то, — что Хейс и Кеннеди тоже пошли. Вряд ли их поймали.
— Хорошо, — одобрил Джейми. — Англичаночка, что ты говорила про засаду?
Я не увидела здесь ни Оуки, ни его товарища, а поэтому почувствовала глупость своего положения. Тем не менее следовало оповестить Джейми и его коллег об опасности, которой они могли подвергнуться, рассказав, что удалось услышать мне и Эуону, и я сделала это.
— Это интересно… Фергюс, ты сможешь стоять без посторонней помощи? Уже стоишь? Отлично. Что ж, пойдемте встретим незваных гостей. Мелдрум, кремень есть?
Джейми с несколькими спутниками отправился вперед. Факел, который он держал и который силился задуть ветер, был виден какое-то время, но затем он исчез за поворотом вместе со своим владельцем. С оставшимися контрабандистами я ловила каждый звук, боясь засады и готовясь броситься на подмогу или бежать, если придется оставить поле боя. Мы не слышали ничего подозрительного, и от этого тишина была еще более мучительной. Спустя время к нам обратился Джейми.
— Подойдите. Все, — голос звучал спокойно.
Посреди дороги росла большая ольха. Возле нее стоял Джейми, освещая пространство факелом. Свет мешал разглядеть что-либо еще, кроме дерева и Джейми, но мужчина, который стоял рядом со мной, охнул, затем еще один что-то испуганно проговорил. Я взглянула на дерево.
Позади Джейми на дереве висел человек. Факел плохо освещал его, и это было к лучшему: было жутко смотреть на его лицо, налитое кровью, на вытаращенные глаза, на высунутый язык… Светлыми волосами играл ветер, словно это были колоски пшеницы на поле.
Я сдерживалась, чтобы не закричать.
— Да, англичаночка. Служитель короны решил навестить нас, и мы оказали ему достойный прием, — изрек Джейми.
Он поднял что-то вверх, а затем бросил на землю.
— В ордере, — Джейми указал на лежащий на земле предмет, — написано, что это был Томас Оуки. Вы знаете этого человека?
— Как тут узнать… Мать бы и та не признала его! — донесся до моего слуха чей-то пораженный шепот.
Было видно, что всем хочется немедленно покинуть это страшное место: люди шептали себе под нос едва различимые слова, переминались и прочищали горло.
— Слушайте, — распорядился Джейми, заставив всех умолкнуть. — Груз мы потеряли, следовательно, делить нечего. Если у кого нет денег, я дам. На первое время хватит. Работу на побережье откладываем на время. Я дам знать, когда можно будет продолжить.
Несколько людей подошли к нему за деньгами. Большая часть бесследно исчезла, будто бы никогда и не появлялась здесь, будто эти люди примерещились во тьме. Остался Фергюс, честно стоявший на ногах, и мы с Джейми.
— Мой бог! Кто убил его? — Фергюс подошел ближе к ольхе, смотря на повешенного.
— Я. По крайней мере, будут говорить, что я.
Джейми тоже взглянул на дерево. Он был суров и в свете факела казался строгим и непреклонным.
— Не будем здесь торчать. Верно я говорю?
— А как же Эуон? Он побежал в аббатство, хотел предупредить вас об опасности.
— Куда побежал? — Джейми взволновался. — Я не видел его, хотя шел оттуда. Англичаночка, куда побежал Эуон?
— В ту сторону, — махнула я.
Фергюс хмыкнул, пряча смех.
