- Значит быть по тому, - довольно сказал Измор, - ну, а теперь пора бы гостей и приветить как следует. До Изборска путь не близкий, но ты все таки приглядись к нему - если я буду великим князем, то мне понадобятся воины вроде тебя. Заодно и Ильмера посмотрит на город, где она станет великой княгиней.
Ильмера бросила тревожный взгляд на Херульва и тот ободряюще подмигнул княгине, хотя на душе и у него было неспокойно. Но выбора не оставалось и фриз, махнув рукой своим людям, направил коня вслед за князем и волхвом кривичей.
— Правь сюда, — бросил Волх, стоявший на носу драккара, и корабль послушно повернул в сторону лесистого островка. Вскоре судно ткнулось носом о поросший мхом берег и князь легко спрыгнул на землю. Следом сошел Херульв, облаченный в свой обычный доспех, с мечом Асбрана за спиной и топором на поясе. Князя сопровождали двое его воев, — рослые угрюмые мужики, в волчьих полушубках и высоких шапках, тоже из волчьего меха. За поясом у каждого торчал чекан, из голенища сапога выглядывала рукоять ножа. Один из них вел на привязи раба из корелы, в простой белой рубахе, с колодкой на шее и руках. Сам же князь носил черный плащ с откинутым капюшоном, покрытый серебряными узорами в виде ползающих ящериц. С пояса, увешанного медными фигурками водяных тварей, свисал нож, с которым Херульв увидел князя в первый раз, и подаренный фризом толедский меч. На шее Волха красовался серебряный амулет в виде очередного водяного чудовища.
— Остальные останутся здесь, — сказал князь и Херульв, обернувшись, сделал знак уже поднявшимся своим людям, оставаться на месте. Сам князь уже шагал по едва угадывающейся средь густых зарослей тропке, уходящей вглубь леса и за ним двинулись и остальные. Под ногами пружинил мох, сочившийся влагой, в сторону прыгали, недовольно квакая, зеленые лягушки и бесшумно скользили темные змеи.
Вскоре чахлый ельник расступился и перед людьми открылась лесная поляна, с небольшим, явно насыпным, возвышением посредине. На этой возвышенности стоял идол — высокий старик с густой бородой, перевитой водорослями и кувшинками. Правая его рука, прижатая к груди, оканчивалась рачьей клешней, а вокруг тела резчик изобразил большую змею, слившуюся с идолом настолько, что было и не разобрать, где заканчивается человек и начинается ползучий гад. Распахнутый рот скалился острыми зубами, выпученные рыбьи глаза слепо пялились на людей. Перед идолом стояла плоская каменная плита, покрытая засохшими бурыми пятнами. Все капище окружали высокие заточенные колья, на которых белели людские и звериные черепа.
— Оставьте его и уходите, — приказал Волх, указывая на каменный алтарь, и оба воя подвели к идолу раба, заставив его опуститься на колени. Скрипнула колодка, освобождая шею корела, но тот оставался на месте, словно прикованный к месту суровым взглядом водного бога. Вои, еще раз поклонившись князю, растворились в лесу, после чего Волх достал из-за пазухи светящиеся алым янтарное «сердце». Он поставил его перед рабом и тот застыл, тупо уставившись на застывшее в янтарной глубине насекомое. Корел даже не сопротивлялся, когда князь, ухватив его за волосы, заставил задрать голову и полоснул ножом по горлу. Алая кровь брызнула на камень и свечение внутри янтаря стало в разы сильнее. Волх, оттолкнув мертвое тело, вскинул руки и затянул призыв, обращенный к пугающему божеству.
— Отче Ящере, змиев пращуре, рак морской, дедушка водяной, услышь зов волхва своего, одари его могутою возвеликой, древней, подземно-подводной. Кровью людскою, озерною водою, слово мое да будет крепко, воля твоя да нерушимо станет…
Он развернулся Херульву, с брезгливым недоумением созерцавшим странное действо.
— Подойди! — сказал он и фриз неохотно повиновался.
— Вот, — Волх кивнул на янтарь, — разруби его. Своим мечом.
— Почему я?
— Потому что иное оружие его не возьмет, — пояснил Волх, — вот смотри!
Он сорвал с пояса толедский меч и что есть силы ударил по янтарю. Меч лязгнул по камню, оставив на нем белую полосу, но мерцавшее на камне алое сердце осталось невредимым.
— Не веришь? — Волх покосился на фриза, — попробуй сам.
Он протянул Херульву меч и шагнул в сторону, освобождая место своему воеводе. Фриз, искоса глянув на князя, шагнул вперед и, занося меч, с силой ударил целя так, чтобы разрубить пополам мерзкую тварь. Но и в этот раз сталь лишь царапнула по камню, словно кто-то невидимый в последний раз толкнул Херульва под руку, тогда как древний гнус продолжал таращить выпученные гляделки. Разозлившись, фриз сорвал с пояса меч Асбрана, провернул в руке и рубанул что есть силы. В тот же миг янтарь рассыпался на мельчайшие осколки, а тварь, сидевшая в нем, вдруг ожила, расправив крылья и с мерзким жужжанием устремилась к фризу. Тот шарахнулся в сторону, пытаясь отмахнуться мечом, но не успел — что-то тонкое длинное мелькнуло рядом с его лицом, сдернув в сторону зажужжавшую еще громче тварь.
